Наследник Седьмой Марки (ТР-1)

Так было, когда два месяца назад сгорела придорожная корчма, куда он с друзьями заехал после охоты в горах. И пять месяцев назад — дура-любовница притащилась с надутым брюхом прямо к порогу городского особняка.

Но в тех случаях отец лишь сообщал сыну, как он разочарован, покрывал ущерб, после чего вновь возвращался к делам. Никогда прежде Сигизмунд Олелькович не гневался. Сегодня же он буквально был в ярости. Будь на месте отца кто-то другой, Адам решил бы, что тому кто-то здорово накрутил хвост. Но кто способен на такое? Не сам же император снизошел?

Да еще эта его последняя фраза — я сам займусь им! Не много ли чести для жалкого порубежника, чтобы им занимался лично глава рода? Кто он такой вообще? Понятно, что отмороженный ублюдок — возле Пелены, говорят, все такие, — но этого недостаточно для привлечения внимания Сигизмунда Олельковича.

Последнее, к слову, и зацепило Адама. Захотелось иметь под рукой такого вот дикаря, способного, не задумываясь ни на миг, сломать руку или убить.

Но он и предположить не мог, что его интерес обернется затянувшимся уже на целую неделю противостоянием!

— Как скажете, отец, — давя волну бешенства, ответил молодой человек. — Я больше не огорчу вас.

Когда аудиенция закончилась, Адам отправился к выходу. Оставаться в родительском доме он не желал. Ему требовалось сменить обстановку и хорошенько развеяться. В противном случае он убьет кого-нибудь.

Глава 10. Лиза

Богдану Ковалю о дуэли брат с сестрой решили не говорить. Оба понимали, что тайну сохранить вряд ли удастся, но только в том случае, если дядя будет интересоваться.

А так как он в последние дни появлялся в особняке, только чтобы поесть и сменить одежду — как обычно, впрочем, — узнать о поединке Софии и Доброслава Черных он не сможет еще долго.

Однако опекун изрядно удивил. Вечером следующего дня он оказался дома и, поболтав с воспитанниками о всякой ерунде, стал задавать вопросы, которые Яна очень насторожили.

— Как твоя история с Олельковичем? — спросил Богдан будто бы между прочим.

София уже упорхнула в свою комнату, сославшись на необходимость готовиться к завтрашним занятиям, а мужчины остались в столовой, попивая вкуснейший грушевый компот и ведя неторопливые разговоры.

Юноша вскинул бровь, даже не пытаясь скрыть удивление от вопроса дяди.

— Что? — смущенно улыбнулся Коваль. — Я лезу не в свое дело? Вы, мальчишки, как обычно, сами разберетесь?

— Да нет, не в этом дело, — отозвался Ян.