Игра не для слабых: Безродный

Да и капитан успел бы дунуть в свой…

В густом, полуденном мареве, повисшем над кладбищем, раскатился тяжелый, заунывный вой боевого рога. Пора.

- Подъём парни! – рявкнул я, поднимаясь на ноги и перехватывая копьё одной рукой. Во второй был зажат колокольчик, - Пора бить мертвяков!

Мужики повскакивали сземли, хватаясь за оружие. Повскакивали и недоумевающе уставились на меня, мол, что дальше то, командир. Мда. С ними будет нелегко.

- Ренли, Олрин – на левый фланг. Эйст, Линвальд – правый. Идёте в трех шагах от меня и ждете, когда тварь подойдет на расстояние удара копья.

Всё ясно?

- Да, - рявкнули все четверо и кое-как разбрелись по указанным позициям. Мы осторожно двинулись вперед, каждую секунду ожидая нападения.

Другие отряды вышли из зарослей раньше нас, но тоже продвигались медленно и стараясь не нарушать строй и не высовываться слишком далеко вперёд. Попасть в брюхо тварям не хотелось никому.

Но трупоедов, на удивление, видно не было. Тёмный зёв склепа оставался пустым, и лишь тьма густой пыльной завесой клубилась за ним.

Не помогли ни колокольчики, ни рог, уже несколько раз оглашавший окрестности своим протяжным пением.

Кольцо постепенно сжималось. До склепа оставалось совсем немного. Беррен, отряд которого шел почти параллельно с нашим уже собирался снова подуть в боевой рог, но в этот раз его опередили. Опередил глухой, яростный рёв нескольких глоток, разлетевшийся по окрестностям.

Глава 18 «Мертвяки»

Из темного зева склепа выползло существо. Рослое, но удивительно тощее для трупоеда.

За ним, скалясь и издавая озлобленные рыки, неторопливо показалось следующее. Подслеповато огляделось и, неловко перебирая всеми четырьмя лапами, поползло на звон ближайшего колокольчика. Потом на свет вылезли ещё два упыря. Ещё более тощего и «болезненного» вида, чем первая парочка.

- Роланд, Виг, Арнульф, Генри – это ваши, - рявкнул капитан, - Всем остальным стоять и ждать команды.

- Ну что, парни, - хмыкнул я, поудобнее перехватывая копьё и начиная звенеть в колокольчик, - За работу.

- Чагось?.. – переспросил белобрысый.

- Вперёд шагом марш! – рявкнул я, указывая на одну из тварей, двигавшихся как раз в нашу сторону. Мне она не нравилась. Не нравилась до холодного пота на спине, до трясущихся поджилок. Ослепшая, бледная, тощая, едва перебирающая костлявыми лапами, сука, тем не менее, упорно ползла вперед. Её движения были рваными, дёрганными. Словно у куклы, привязанной за ниточки, которой управляет чья-то чужая воля.