Темнодушие. Темница Прокси

Сигнатура Тюрьмы неразличима на подобном фоне, да и меняется постоянно, — ответил капитан. — Я и сам нахожу сюда путь только по дорожным приметам.

— И среди этих аномалий вы не нашли чего-то более... щадящего? — с надеждой спросила Катарина.

— Мы много чего нашли, и многое применили при создании Тюрьмы. Небарионная материя[2], пустотные аккумуляторы. Говорят, наши коллеги из DARKA даже сделали бомбы, отрывающие от реальности куски. Но способ очистить от темного излучения хотя бы небольшую область нам пока неизвестен, — развел руками Ковальский.

Они ступили с тротуарной плитки во внутренний круг Тюрьмы, выложенный стальными листами. Те слегка пружинили под ногами, будто были уложены на слой резины. Здесь было очень светло, но Катарина не увидела ни источников света, ни бликов от них на металле.

В центре круга торчали четыре столбика; толстые железные цепи тянулись от них под шелковисто поблескивающее покрывало — очевидно, сковывая по рукам и ногам распластавшуюся под накидкой женскую фигуру.

Путники остановились в нескольких шагах от узницы.

— Стой здесь, Кэт, — попросил Ковальский. — Ни при каких обстоятельствах не подходи ближе. Даже если тебе покажется, что эта херня жрет меня, или что еще — не приближайся!

— Поняла тебя, — заверила Катарина. С какими-либо ангелами — темными или нет — ей, действительно, связываться не хотелось.

— Эй, ты! — кликнул капитан, сделав шаг к узнице.

И ангелица ответила. Будто шелковым платочком провела по затылку, по шее, дохнула теплым ветерком в ухо. Лепечущий, капризный голос, сладкий как мед.

Но она понимала речь Прокси — смысл рождался отдельно от голоса:

"О! Нет мне ни покоя, ни избавленья нет! За что судьба-судьбинушка карает меня юдолью сией: распята, обесчещена, томлюсь я вечность целую... И будто мало бед мне, так ты являешься ко мне: палач, насильник, мучитель! Что же, пей мою кровь, изувер! Тяни мои жилы! Давай же, насыть свою похоть неправедную, ведь беспомощна я и забыта всеми!.

— Очень трогательно, — растроганным капитан не выглядел. — Я принес образец ассимилированной материи. От него смердит тьмой твоего подельника. Сейчас ты расскажешь мне все, что знаешь... Кэт! Покажи ей.

Катарина едва не ступила ближе, но вовремя вспомнила предупреждение капитана. Выпростав из рукава шинели руку, она закатала свитер и повернула предплечье татуировкой к Прокси.