Теория войны. Выбор стратегии

— Мейшес хмыкнул, но возражать не стал, и направился к входу в здание посольства, бережно неся на руках все еще пребывающую без сознания Олию. Я же проверил насколько тщательно заперты ворота, которые хоть и на очень непродолжительное время, но остались без охраны, и пошел следом за Мейшесом, вот только, если он от входа направился по лестнице вверх, то я, завернув в небольшой коридорчик, начинающийся сразу в холле неприметным проходом, принялся спускаться на подземный уровень.

Подвал был весьма обширный.

Он полностью повторял фундамент по занимаемой площади. Разделен он был на три части, в каждую из которых вела своя дверь. Я точно знал, что за одной дверью находится продуктовый склад, который нужно срочно наполнить, потому что там, судя по докладам не одна мышь повесилась, скоро нам элементарно нечего будет жрать; за второй же дверью располагался винный погреб, вот он был полон и, опять-таки по докладам и слухам, весьма и весьма неплох. Третья же дверь была слегка приоткрыта, и оттуда пробивался приглушенный свет, в виде яркой полосы на полу. Особо не раздумывая, я толкнул эту дверь, делая проход шире и очутился именно там, куда и стремился попасть — в тюремный отсек. Дерн следовал за мной с любопытством оглядываясь по сторонам и, я просто уверен в этом, тщательно фиксируя в памяти каждую даже самую незначительную деталь.

Сам тюремный отсек представлял собой небольшое помещение, с камерами, расположенными вдоль стен.

Камеры были открытыми, то есть не запертые комнаты, а клетки из металлических прутьев, с висячими замками, запирающими двери снаружи. При этом дотянуться до замка из камер не представлялось возможным, поперечные металлические пластины, окружающие сам замок, не позволяли сделать это через решетки. Всего камер было четыре, плюс еще одна комната, представляющая собой самую современную, учитывая стоящую на дворе эпоху, пыточную. Инструменты поражали воображение, и, как я подозреваю, дверь, ведущая в эту комнату, не запиралась, да и не закрывалась плотно специально, чтобы пленники всецело прониклись, так сказать. Посреди тюремного отсека стоял стол, за которым сидел Вольф Кауст, еще один рыцарь моей личной охраны, баронет, посвященный в рыцари совсем недавно, всего-то пару лет назад. Парень был молод, моложе меня, и очень красив. Блондин с яркими голубыми глазами. Такими изображали ангелов из воспоминаний майора.