По дороге могущества. Книга первая: Возрождение.

Мандрим прошел на каменное ложе за кристаллом, и, усевшись, жестом указал на ряды ящиков, что выстроились у правой стены.

- В них ты найдёшь одежду. Возьми и присаживайся.

Я подошел к одному из ящиков и откинул крышку - он был под завязку заполнен свёртками, перевязанными бечёвками. Невольно окинул взглядом другие коробы. Если и там одежда, то запас очень солидный. Это ж сколько новичков он встречает в общем? А ведь он ещё упоминал, что является не единственным встречающим. Любопытно.

В свёртке обнаружил необходимый минимум: полусапоги из грубой кожи, холщовые штаны, просторная льняная рубаха без воротника и что-то напоминающее кафтан из мешковины.

Роль пояса исполняла пеньковая верёвка. Худ - капюшон, который также покрывает плечи - тоже из мешковины. Ну, на первое время сойдёт.

Быстро облачившись, обернулся к хозяину дольмена и удивлённо замер. Пока я возился, Знамиир уже успел накрыть на стол: на алтарь накинута ткань, а сверху расставлена разнообразная еда. Тут были и овощи, и хлеб, в деревянной чашке исходит парком ароматная каша, рядом лежит нарезанное сало и домашняя колбаса.

А в глиняном кувшине наверняка обещанное пиво, которое сейчас и разливает по кружкам древоликий. При виде такого простого, но богатого стола, в животе предательски заурчало, что не осталось незамеченным.

- Садись и налетай. Новое тело нуждается в пище.

Повторного приглашения не потребовалось. Но, рухнув на тёплый, словно нагретый солнцем каменный стул и схватив ложку, я всё же сдержался и посмотрел на мандрима.

- Благодарю, щедрый хозяин. Пусть в твоём доме всегда будет мир и достаток.

- А ещё в конце принято говорить: “А Древние благоволят тебе”, - добавил Знамиир. - Во многих местах эти слова также выступают как универсальное приветствие. А ответом тебе будет: “и не сводят глаз с нашего Пути”. А теперь приступай к еде.

Трижды я себя просить не заставил. Вооружившись ложкой, набросился на горячую, обжигающую губы кашу, заедал её лучком с хлебом и не забывал про сало. Ммм, вкуснятина! Подняв кружку, стукнулся со Знамииром и сделал глубокий глоток.

Напиток оказался настолько вкусным, что я прилип к кружке и остановился только когда показалось дно. Всё, что мне довелось пить в жизни, не шло ни в какое сравнение с этим студёным домашним великолепием. Хозяин, понимающе хмыкнув, долил мне ещё. Так мы и сидели до тех пор, пока я, наконец, не откинулся на каменную спинку стула, сжимая полупустую кружку.

- Спасибо за сытный стол, мандрим.

- На здоровье.