Наследник древней силы 1. Сын слуги

Ботинки тяжело опускались в рыхлую грязь, зловещие окна становились всё ближе. И тут позади грохнул взрыв – такой неожиданный, что я чуть не обделался. Сработал инстинкт, заставив меня пригнуться. Уши заложило. И как сквозь вату донёсся душераздирающий вопль раненого.

Откуда-то вылетела огненная точка и с шипением пронеслась мимо. Опять взрыв. И тут затрещал пулемёт. Я чётко увидел дульные вспышки прямо перед собой. Противник находился на цокольном этаже в маленьком окошке. Вокруг засвистели пули. Бегущий впереди слева боец споткнулся и шлёпнулся в грязь.

А потом – удар в грудь и пронзительная боль в плече. Дыхание перехватило, я тоже упал на дорогу.

Пронзительно саднила рука, позади кто-то выл и вопил, а пулемёт трещал, не затыкаясь.

– Зверь, это второй, я ранен! Нас прижали, – закричал я в микрофон гарнитуры, пытаясь хотя бы свой голос услышать. – Стреляют из подвала напротив! У меня потери!

– Второй держись. Сейчас обработают, – раздался в наушнике голос лейтенанта, показавшийся очень далёким.

Слева лежал ефрейтор из моего отделения.

Он смотрел на меня, а я на него. Вот только глаза его были неподвижны, а в щеке и в шее зияли две маленькие дырочки, из которых текла кровь.

И тут стало по-настоящему страшно. Пулемёт строчил, не умолкая, а я лежал прямо на линии огня, вжимаясь в остатки разбитого асфальта, и пули проносились надо мной, едва не задевая каску. Они злобно свистели, не разрешая даже пошевелиться. Смерть была ближе, чем когда-либо.

Позади кто-то голосил.

– Моя нога! – раздавался вопль.

– Вытащите меня отсюда! Я ранен!

– Ползём обратно! – второй голос.

– Куда собрался?! – возмутился третий. – Башку вниз. Сейчас тебя пристрелят. Сержант, что делать?!

– Иванов, прикрывай! – заорал я пулемётчику, пытаясь развернуться так, чтобы понять, что там вообще творится.

– Иванов ранен! – донеслось в ответ.

Взрыв сотряс землю, и очередной вопль долетел до моих ушей. Судя по крикам, один боец был убит, и один или два ранены. А я не мог голову оторвать от шершавой поверхности дороги.

Следовало найти более безопасное место.

Впереди – солидная воронка от артиллерийского снаряда или авиабомбы. Казалось, там можно укрыться. Собравшись с духом, пополз. Зубы мои были стиснуты от боли, что безостановочно сверлила руку, а штурмовая винтовка волочил на ремне за мной. Я не мог бросить её, не мог остаться безоружным в этой бойне. Воронка находилась метрах в пяти от меня, но сейчас это расстояние выглядело чертовски огромным.

И всё же добрался.