Хроники Фильнии. Пробуждение тьмы.

— Принц Герберт приказал доставить вам это письмо, — гонец протянул Бренеру запечатанный сургучом конверт.

Король надломил печать и тут же принялся читать.

«Дорогой брат! От всей души поздравляю тебя с этой грандиозной победой. Народ Братнии уже четвертый день прославляет своего короля и его войско. Скажу без преувеличения, как только новости о захвате Пирс достигли Варридука, жители выходили на улицы и танцевали. Первая за многие годы победа опьянила всех. Придворные только о ней и говорят. Я, должен признаться, радовался как мальчишка, которому подарили меч с золотым эфесом, когда узнал, что наша армия сокрушила врага.

Уверен - дальше нас ждут еще более грандиозные свершения. Наконец-то мы вернем все территории, захваченные фильнийцами, а вместе с ними былую славу нашего великого народа. Желаю тебе и твоей армии великих побед.

Принц Герберт»

Бренер довольно ухмыльнулся. Народ ликует и прославляет его. На минуту он перенесся в Варридук и представил, как его встретят, когда он вернется из военного похода.

Как ему будут кидать под ноги цветы и громко приветствовать под звуки торжественного оркестра, а он будет восседать на коне, с величественным видом озирая подданных. Наконец приятная картинка рассеялась, и Бренер вновь очутился в шатре. Гонец смотрел, ожидая приказов.

— Ступайте. Передайте принцу, что я был рад получить письмо, но времени писать ответ у меня нет

Гонец поклонился и вышел.

— Господа, — Бренер повернулся к присутствующим, — мой брат сообщил, что народ ликует и празднует нашу первую победу в этой войне.

— Боюсь представить, какая слава будет встречать вас и армию, когда мы окончим эту войну победой, — мечтательно произнес Валтер.

— В этом нет никаких сомнений. Мы с вами войдем в историю, господа. Наши потомки долго будут нас помнить. Но хватит об этом. Я должен сказать, что нам необходимо внести изменения во вчерашние планы. Наступления на Батсонию не будет. Мы сразу двинемся на Керсабор.

Кеслер был настолько ошарашен словами короля, что у него пропал дар речи.

Он выглядел так, будто его подняли высоко над землей, а затем резко бросили вниз.

— Ваше величество видимо оговорились.

— Нет, я не оговорился. Мы будем наступать на Керсабор.

— Ваше величество, — не унимался Кеслер, — как же армия? Мы не сможем взять Керсабор.

— Я уверен, что нам это будет вполне под силу. Мне кажется, что фильнийцы направятся в Батсонию, а мы тем временем возьмем Керсабор.

— Ваше величество, верно, забыли все мои вчерашние доводы.