Даркут: великий перелом

Чиун насыпал щепотку соли на мясо. Съел. Голод отступил.

Где-то в стане протяжно и низко заревел бивень мамонта. Чиун встал. Побрел на звук вслед за Илде и другими учениками.

Всюду неровными рядами стояли кибитки. Земля, истоптанная сотнями ног, превратилась в грязь. Чиун вместе с остальными вышел на огромную прямоугольную площадь в центре стана. У края стоял Салур и держал руками длинный изогнутый бивень мамонта.

— Оставь соль пока у себя. Спрячь в повязку, — продолжал шептать Илде. — Собирай тушки крыс и гарпий, ешь, не брезгуй.

— Знаю, — пробурчал Чиун. — Отец рассказывал.

— Зимой, на козшик месяце, сразу двадцать новичков оголодали и не выдержали, — рассказывал Илде. — Тогда четыре дня подряд тренировали пробежки и пешие бои. Новички легли и не вставали. Салур вымазал им лица синей краской и перерезал глотки.

Мальчики стояли кривым строем, поджимали пальцы ног и потирали озябшие руки. По четырем углам площади из земли торчали копья. Ветер полоскал стяги на их древках.

На небе показался Тэйанг.

Ышбар разговаривал с другими предводителями стай в отдалении. Из строя вышла сотня подростков четырнадцати лет. И толпой двинулись с площади. Впереди шел взрослый мужчина с длинным луком за спиной.

— Стая Барака, — прошептал Илде. — Пошли готовиться к Большому испытанию. Интересно, сколько из них останутся в живых после этого?

Чиун хотел спросить, что такое Большое испытание, но не успел. Растолкав мальчиков из стаи Ышбара, подошли Кынык и его тощий друг.

— В час алет я буду ждать тебя за скалой Кондора, варрахский замухреныш, — сказал Кынык.

— Ученикам нельзя драться за пределами Иргилэ, — заметил Илде. — За это строго накажут.

— Ничего, — сказал Чиун. — Из этих тупиц выйдет отличный корм для пещерных гиен. Некого будет наказывать.

К мальчикам подошел Ышбар. Зевнул, махнул рукой:

— Идите за зубронами. Начинайте учения. Тема — прорыв глубокого строя пехоты с помощью бревен. Я подойду к часу саске. За старшего пока будет Кубул.

***

Незадолго до полудня, когда стаю отпустили добывать обед, Чиун пошел к скалам. После скачек на зубронах, огромных быках, боль в теле отступила, изредка напоминая о себе.

Сквозь тучи тускло светил Тэйанг. В небе кружили гарпии. Иногда подлетали к земле, рассматривали мальчика, поджимали когтистые лапы. Густое оперение вокруг их голов напоминало женские волосы.

Чиун полез по камням. Скалы высились вокруг серыми утесами причудливой формы.