Даркут: великий перелом

Одна как голова антилопы с тремя рогами, другая походила на овцебыка. На вершинах скал гнездились гарпии.

Мальчик услышал писк, обошел громадный валун. В расселине лежали птенцы. Голые сморщенные тельца, огромные тяжелые головы. Птенцы беспомощно копошились в трещине и разевали темно-синие клювы.

Из-за камней к птенцам крался горный кот. На кончиках ушей — длинные кисточки. Заметил Чиуна, оскалил клыки.

Мальчик отошел за валун. Птенцы напомнили ему, как гиены рвали на куски вчерашнего мертвеца с синим лицом. У птенцов и учеников одинаковые судьбы.

Вскоре за грядой скал он заметил высокий утес. Верхняя часть точь-в-точь, как голова хищной птицы, с гребешком поверх клюва. Выступ, похожий на изогнутый клюв, уходил в сторону, и нависал над землей. Под ним свободно мог пройти человек.

— Голова кондора, — прошептал Чиун, и направился к скале.

Кынык вместе с дружком мог явиться сюда пораньше, и устроить ловушку. Но, насколько Чиун разгадал характер врага, тот не способен на изощренную хитрость.

Чиун, наоборот, как раз собирался расставить Кыныку западню. Слишком уж сильны недруги. Можно спрятаться в выемке на скале, и сбросить на врагов камни.

Спустя три суткана Чиун, пыхтя, дошел до скалы Кондора. Торопился, чтобы успеть до прихода Кыныка. Хотел спрятаться на другой стороне утеса.

Мальчик зашел под широкий навес в форме клюва. Сюда почти не проникал дневной свет.

Чиун сделал несколько шагов и услышал сверху шорох.

Прямо над ним к выступу крепилась огромная выпуклая раковина. Гладкая поверхность блекло отражала свет. От раковины вниз тянулась бесформенная темно-серая слизь.

Вмиг накрыла Чиуна, обволокла, потащила наверх. Он пробовал освободить руки, но вязкое покрывало не давало дышать и шевелиться.

Сквозь толщу слизи мальчик увидел, как из-под раковины высунулось длинное тонкое жало. Потянулось к беззащитной жертве. Чиун замычал, задергал руками. Бесполезно.

Жало кольнуло в бедро, но боли Чиун не почувствовал.

А потом липкая хватка ослабла. Мальчик упал на камни, больно ушибив спину и ноги.

Глянул вверх.

Слизь колыхалась под навесом, ее цвет сменился на ярко-красный. Раковина открывалась и тут же захлопывалась. Чиун встал и побежал из-под выступа. Он был голый, набедренная повязка осталась у твари. Все тело липкое от слизи, ноги противно хлюпали.

Когда выбежал, позади раздался грохот. Чиун оглянулся.