Хаос и Тьма. Книга третья.

– Неужели ты до сих пор считаешь, что сила, бегущая по твоим жилам, способна дать ответы на все твои вопросы? Будь все так просто – посвященные не умирали бы столь обильно! Вспомни нашу последнюю беседу о Мощи! Она – лишь инструмент! Да, в критические моменты она может спасти твою жизнь, даже не задействовав твой разум – это что-то сродни инстинкту. Окончательное же решение относительно твоих долгосрочных планов и действий ты должен принять сам! И на этом – все, довольно пустой болтовни …

После этих слов Леон повернулся ко мне спиной, давая понять, что разговор окончен.

Так как мне больше ничего не оставалось, то я тоже сомкнул веки и попытался заснуть, что удалось мне не так уж скоро …

Утром, с первыми лучами солнца, Леон разбудил меня, посоветовав поторопиться, так как он рассчитывал достичь столицы Дияса к вечеру. Мы на скорую руку позавтракали и, оседлав своих скакунов, вновь отправились в дорогу. Путь наш лежал средь поражающих своей красотой пейзажей – реки, благоухающие заливные луга и кристально чистые озера.

В отличие от меня, наслаждавшегося открывавшимися моему взгляду красотами, Леон все чаще неодобрительно качал головой и хмурился.

Нам все чаще попадались населенные пункты, и чем ближе мы приближались к Матире, тем они были крупнее. И естественно, были окружены многочисленными воинскими подразделениями … И, как мы ни старались прокладывать свой путь сторонясь городов и поселков, порой было невозможно избежать довольно неприятных столкновений с вездесущими вооруженными дозорами, и, своего рода, блокпостами, на которых нас буквально «просвечивали» бдительные сторожевые псы Светоча.

Впрочем, благодаря тому облику, что мы приобрели после магии Леона, особых подозрений мы не вызывали, а история о рекрутах, следующих в расположение Великой армии принималась стражниками благосклонно. Нам даже не раз предлагали остаться и обосноваться непосредственно в данной местности, делая упор на то, что можно служить Светочу и здесь, на что Леон отвечал неизменной фразой о том, что он намерен служить великому делу лишь в непосредственной близости от предводителя армии.

К полудню мы достигли горного хребта. Каменистая дорога, извиваясь, уходила в глубину массива. Леон остановил коня, нахмурился, явно что-то прикидывая в уме, после чего подмигнул мне.

- Думаю, что преодолев эту цепь гор, мы окажемся в непосредственной близости к цели нашего путешествия.