Сотня граней. Зарождение легенды.

Статуя, которой я любовался, упала на каменный пол и разбилась окончательно. Ну и ну. Беру себя в руки.

– Ничего страшного, я должен найти. Не могло все быть так просто.

Делаю еще раз обход. Ничего. Я решил забраться на одно из разрушенных возвышений, чтобы посмотреть свысока на общую картину. В глаза бросается только одно. Место подношения.

– Хорошо, посмотрим поближе на него, – говорю зачем-то все вслух.

Подхожу вплотную. Оно так же разрушено, как и все тут. Обошел его кругом, никаких зацепок. Просто развалины.

Сажусь на корточки и протягиваю руку к алтарю, и вдруг… в голове словно вспышка, сердце замерло.

Внимание! Вы хотите принести жертву темному богу Руам?

Я опешил. Сглотнув, произношу вслух сиплым голосом, почти как у эльфа в той пещере.

– А что я могу предложить? – Больше вопрос к самому себе.

Кладу на алтарь свой первый кинжал с уроном 3–4 единицы. Его словно расщепило, будто он разлагался миллионы лет, но все было как в быстрой съемке, буквально за секунду.

Внимание! Данного подношения недостаточно для пробуждения.

Пробуждения? Чего? Или правильный вопрос – кого? Неужели Руама? Если это так, то не думаю, что я смогу своими пожитками ему помочь. Я могу хоть все свои тряпки кинуть на алтарь и остаться голым лишь со своими девяносто шестью жизнями.

«Жизнями»… словно посторонний голос в моей голове произнес это.

Жизнями?

Я замер.

Я думал.

Я ничего не придумал. Все верно, что еще может быть дороже жизни? Ну уж нет. Хватит с меня. А сам руку с алтаря не убираю. Я понимаю, что слишком далеко зашел, чтобы остаться ни с чем.

Слишком много потерял в этом путешествии. Это я про время имею ввиду, хотя и четыре жизни, получается, просто так отданы. Я сижу на корточках у алтаря, закрыв глаза. Ничего не делал, но мне приходит оповещение. Система будто сама поняла, что я догадался, что надо делать, и готов.

Вы желаете преподнести в жертву свою жизнь?

И все, больше никаких предупреждений, предостереганий. Вот так просто и лаконично. Жизнь на алтарь хотите положить? А? Чтобы бог ей перекусил, а когда проснется, попросил добавки.

И вот очередная горькая ухмылка. Ну куда я денусь? Я не поверну назад. Не сейчас. Принимаю запрос.

Яркая вспышка боли, которой я никак не ожидал. Это было первый раз по-настоящему больно. Так, что я машинально схватился за сердце. Именно там защемило, а после этого боль начала растекаться по всему телу. И вдруг все начало громыхать. Так, словно… вот когда я говорил про свой хлопок, словно гром во время грозы.