Олимпиец. Том II

Они очень…

Японец замялся на секунду.

— Специфичные существа, — наконец подобрал верное слово он. — С ними бывает сложно договориться.

Да? За Тайгером я такого не замечал. Хотя тот же Кирилл... Есть такое. У него бывают закидоны. А вообще интересно. Я был абсолютно уверен, что даймоны служат только нам, Эллинам. Ан нет. Во всем мире так.

А кто тогда в России? Домовой? Леший? Личная баба-яга? А что, было бы круто.

— Алекс?

— Да?

— Мужчина, с которым ты говорил…

— Такси почти подъехало, Рью — холодно оборвал я.

— Предлагаю выйти навстречу.

Самурай тактично наклонил голову, вырвался на пару метров вперед и открыл передо мной дверь в воротах. Я за два шага преодолел двор и, не оглядываясь, вышел наружу.

Зря он напомнил про отца. Настроение сразу же упало. Первая встреча с Аидом прошла… Не очень удачно. Наверное, я даже несколько раз пересек черту и наговорил чего не следовало. Лучше бы промолчал. Даже если я был прав. А ведь я был прав. И вымотанный после схватки, дико уставший и со сломанной рукой.

Так что когда папаша начал говорить о маме…

Ладно. К черту. Зачем вспоминать? Не вышел разговор с отцом, то хотя бы поговорю с дедом. Может, после второго камешка он станет чуть посговорчивее. Было бы здорово. У меня полно вопросов. И первый из них — что это было за странное покалывание, когда я прикоснулся к камню на складе. Мой Символ все так же бесполезен, способность Аспекта все та же — это я первым делом проверил.

Вот только... Я печенкой чувствовал, что-то во мне изменилось.

Словно, взяв камень, я сам стал… Полнее. Более цельным? Не знаю, сложно описать. Но это все вопросы на потом. Сейчас нужно найти мелкого урода, который решил, что может меня кинуть и убежать с деньгами. И разобраться с ним.

Раз и навсегда.

***

Это был самый счастливый и самый несчастливый день в жизни Болтуна. Так всегда бывает. Удача и невезение идут рука об руку и постоянно друг другу подмигивают.

— Но ничего. В этот раз я всех отдрючил, — морщась от боли, пробормотал он, зажмурил глаза и еще раз опустил искалеченную руку в раковину со льдом.

Пары секунд хватило, чтобы та окончательно заледенела.

Он с трудом закрутил кран левой рукой. Затем, шатаясь, подошел к холодильнику и достал с верхней полки банку спирта. Ему стало страшно. Болтун вообще боялся боли.

— Давай, сука, давай! Будь мужиком! — он с трудом переборол себя, зажмурился и… Вылил содержимое прямо на рану.

Кхр-а-а-ара!

Болтун вцепился зубами в плечо, чтобы не заорать.