Олимпиец. Том II

Боль казалась просто невыносимой, но сейчас нельзя было привлекать внимание. Он сидел дома, но это не значит, что в безопасности.

— Бл*дь! Бо-о-о-о-оже. Сука, как больна-а-а-а! — не справившись с болью, взвыл он. — Пидорная подстилка. Я его мать…

Болтун тихонько застонал, сполз на пол и прислонился головой к холодной стене. На его глазах выступили слезы. Так прошло пару минут, пока, наконец, Болтун нашел в себе силы подняться. Он встал и кое-как доковылял до кровати, куда и рухнул с еще одним протяжным стоном.

— Жаль, что ты сдох, Рью, — пробормотал он и с отвращением уставился на изуродованную ладонь. Затем перевел взгляд на грязный потрескавшийся потолок. — Как бы я хотел лично тебя поймать, а! И, сука, резать, чтобы ты выл, и выл, и выл…

Ругань не принесла облегчения. Болтун попытался заснуть, но события сегодняшнего дня не шли из головы. Почему так произошло? Когда все полетело в задницу?

На самом деле он знал когда. В тот самый момент, когда их нашел этот ублюдочный недомерок! Когда школьник возомнил себя новым боссом и остальные его поддержали.

— Но ничего, — тихо прорычал Болтун. — В этот раз я всех поимел. Бабла теперь хоть жопой жуй. Свалю из этой дыры, куплю остров, сисястых красоток, новую тачку.

Он немного подумал.

— Хотя нет, тачку продавать не буду.

Как-никак сегодня та спасла ему шкуру. Болтун понимал, что если бы вчера ночью не пригнал машину в Эксархию и не бросил рядом со складом, то просто бы сдох. Прямо посреди улицы, вместе с деньгами.

Тук-тут-тук!

Болтун подскочил и ошалело уставился на дверь. От испуга он даже забыл про боль в руке.

— Эй, урод! — раздался из-за двери пьяный голос. — Тебе посылка пришла. Забирай давай.

Парень выдохнул. Это был Егор. Так-то квартира была его, а Болтун ее просто снимал. Ненормальный русский не вылезал из своей дырявой майки и пил за троих, но зато и просил мало. Удобно, так как денег у Болтуна не водилось.

Стук повторился. В этот раз настойчивее.

— Открывай давай, мелкая мразь! Я тут что, весь день стоять буду?

Вот ведь козел. И самое главное, Болтун знал, что тот не уймется. С пьянчугами всегда так.

— Иду! — поморщился Болтун и, скривившись от боли, спрятал изуродованную руку в карман. — Сейчас, сейчас.

Он кое-как поднялся на ноги, доковылял до двери и распахнул ее настежь.

Глава 2. Любой ценой

Энрико Фулмен устало прислонился к стене учебного полигона и скривился от боли.