Наследие Пламенных (Пламенная-2)

После целого дня в седлах и вечерней охоты на прытких зубастых тварей они спали долго. Когда Райтон открыл глаза, в комнату светило яркое солнце. Он поднялся с постели и посмотрел на спящих товарищей. Какое-то время принц стоял рядом и задумчиво разглядывал их переплетённые руки.

Юноши проснулись одновременно и подскочили на постелях. Райтон усмехнулся. В него впились два затравленных взгляда. Выглядели его друзья в этот раз на удивление глупо и забавно. Вьерошенный, как воробей, Миран и сонный эльф с алыми кончиками ушей.

– Может, подаришь ему плюшевого мишку, чтобы он от тебя отстал? - саркастично спросил принц у темного.

Юноша пожал плечами и буркнул:

– Да мне не жалко, он же в этот момент не соображает ни змея.

А затем, помявшись немного, спросил:

– Расскажешь наставнику?

– Зачем? - вскинул бровь Райтон. - О чём? Чтобы выписал племяннику сонный эликсир и тебе заодно?

– Он меня убьет, - просипел Ллавен.

– Вы ничего постыдного не делаете, и похоже, не думаете об этом, - бросил принц.

- Ты мечешься и стонешь во сне, и затихаешь, только когда Ллавен к тебе приходит. В тот день, когда он был в целительском крыле, ты метался всю ночь напролет. Это и есть та самая плата, о которой говорил учитель? Сны?

Миран нахмурился и проговорил:

– А ты проницательный, да? Угадал. И эти сны действительно прерывает Ллавен.

– Они настолько ужасны, что ты готов спать с ним за ручку, лишь бы избавиться от них?

Мирана передернуло. Было видно, что он хотел ответить что-то резкое, но сдержался и сказал:

– Мы ничем не рискуем.

Если ты будешь молчать. А сны… Хорошую вещь платой не назовут, знаешь ли.

Райтон фыркнул и обратился к Ллавену:

– Тебя из-за этого изгнали? У эльфов очень традиционные взгляды… в некоторых вещах.

Тот на этот раз не стал ни краснеть, ни мямлить. Только ответил принцу внимательным изучающим взглядом. Когда он заговорил снова, казалось, что он ступает по тонкому льду.

– Они думают, что изгнали меня из-за этого.

– А на самом деле из-за чего? - заинтересованно спросил он.

Эльф отвернулся. Спустя некоторое время он все же заговорил:

– Поверь, лучше, если вы об этом знать не будете. Лаэ Линдереллио не дурак, он ведь уже спрашивал вас обо мне и моих странностях, верно? Раз я все ещё жив, значит, вы ничего ему не сказали. Если вы покрываете меня по незнанию, он вас простит. Попеняет на глупость, но все же простит.

Райтон заметил, что Ллавен изо всех сил вцепился руками в медальон. Принц уже замечал его раньше.