Холодное пламя: Пылай!

Вы либо едете на обычной телеге под видом слуги, либо вы едете как пленница в мешке. Третьего варианта я вам не даю.

Баронесса промолчала, а Рус тем временем продолжил.

— Сегодня мы встали на ночевку прямо на дороге, но если завтра еще останутся трупы, то их надо будет похоронить... Или то, что от них останется.

— Не останется, — произнес вылезший из тени Хойсо.

Он оглядел шатер. Под ним вповалку лежали наемники, пытаясь уснуть под жуткие вопли носившегося неподалеку Роуля. Рядом с ними плотной кучей сидели уцелевшие в бойне слуги.

Отдельно от всех, укутавшись теплым одеялом, лежала Тук. Ее вопль упыря и местные разборки никак не волновали. Она мирно спала.

— Это было плохой идеей оставлять столько трупов рядом с обезумевшим от полнолуния Роулем, — произнес черт и подошел к Русу под удивленным взглядом баронессы.

— Вы... вы...

— Да, я настоящий черт, — кивнул Хойсо и взглянул на Руса. — Я видел слепки заклинаний. Что сделала Тук?

— Я сам не совсем понял, — тут же открестился парень.

— Она испугалась и выдала кучу сырой силы. Два воздушных лезвия ударились о ее тьму и рассыпались. Правда, и она потом рухнула без сил.

— Перенапряглась?

— Да, но... — тут парень кивнул в сторону наемников. — Она выдала воинам зелье, чтобы у них была возможность привести мага в чувства.

— Вот как? — вскинул брови черт. — Покажите мне зелье.

Один из наемников достал черный флакон из подсумка и подошел к черту.

— Она сказала, что это применять, только когда на грани между жизнью и смертью, или когда маг перенапрягся.

Тогда можно, — произнес он, передав флакон Хойсо.

— Сейчас поглядим, — произнес он и откупорил бутылочку.

Несколько раз он долго и сильно втягивал запах от зелья, затем засунул в него палец и попробовал на вкус, причмокивая и что-то бормоча под нос.

— В принципе качественная вещь получилась, — резюмировал он, возвращая флакон наемнику. — Только я бы немного уменьшил концентрацию. Небольшого человека или ребенка такая доза может убить. Тьма все же имеет определенную степень токсичности.

— У-У-У-У-У-А-А-А-А-А-а-а-а... — снова раздался вопль упыря, но резко прервался. — Стоп! А теперь все танцуют!

Вокруг шатра послышалось хлюпанье, а затем утробные рыки.

— Имперская сальса! — раздался обезумевший крик.

Со стороны, где остались трупы, послышался рев, хруст и мерзкое хлюпанье.

— Что там происходит? — спросила баронесса, со страхом поглядывая в ту сторону.

— Поверь, лучше нам не знать, — осадил ее Рус.