Холодное пламя: Пылай!

— Тогда я возьму остальное! — раздался голос Роуля.

Рус обернулся и обнаружил упыря в боевой форме. Он стоял, широко улыбаясь и поигрывая пальцами с длинными когтями.

— Здра-а-а-а-а-асть! — произнес он и развел руками. — Давно анималистов не пробовал. Редкое лакомство, хоть и на любителя...

Он подошел к телу и, обнаружив, что у того сердце еще бьется и выталкивает лимфу вместо крови, добавил:

— Тем более тушеных!

Упырь под удивленным взглядом наемника подхватил тело и с довольным видом отправился в ночь, махнув рукой и крикнув на прощанье:

— Обещаю громко не чавкать!

— Учитель Роуль! У меня есть к вам дело!

Упырь обернулся и заинтересованно уставился на парня.

— У моей сестры скоро день рождения. Я хотел сделать ей подарок.

— О делах на голодный желудок говорит не культурно, — произнес он и отправился с трупом мага дальше во тьму. — Я загляну ночью!

Рус обернулся к наемнику.

— Тащи сюда этого Токувара. Надо с ним поговорить, — протянул небольшую медную пластину с рунным ключом от дверей домов Рус.

— Парней отпускать? — спросил Котган, кивнув на воинов.

— Нет. Думаю, юлил он точно не спроста.

***

Луна аккуратно завернула последний порошок в вощеную бумагу и отложила в общую стопку.

Прошлый сезон выдался богатым на лихорадку и порошки для снижения температуры расходились на ура. Лекарь Жулье еще не давал ей разрешения на самостоятельную практику, и девушка занималась в основном простыми лекарствами необходимыми каждый день.

Поначалу ей было трудно.

Последний родной человек уехал из города, и это очень сильно давило на нее эмоционально.

Девочка каждый день по много часов практиковалась в чтении, но это было вызвано не трудолюбием, а огромным количеством освободившегося времени. Ее не нагружали домашними делами, она не готовила и в уборке не участвовала, за исключением своей крохотной комнаты. К тому же надзор за ее обучением контролировала супруга Жулье, оказавшаяся крайне строгой и дотошной женщиной.

— Луна, к тебе пришли! — раздался голос лекаря из гостинной.

Девочка удивленно оглянулась на дверь.

Она пробыла тут довольно много времени и за весь период пребывания в чужом, пусть и просторном, красивом, дорогом, но все же чужом доме к ней ни разу не приходили гости.

— Иду! — крикнула она и принялась торопливо складывать небольшие аптекарские весы.

Упаковав всё в положенные футляры, она быстро протерла за собой стол и вышла в гостинную.