Тёмных дел мастера. Книга третья

«Завод»… Как давно бородатый отшельник уже не вспоминал это слово…

И всё же, отгоняя прочь сбивающую с толку неопределённость и пряча подальше мысли о том, что, возможно, он ещё не совсем понимает, против чего выступает, и о том, насколько далеко простёрлась за эти годы вездесущая длань постоянно растущего в своих размерах населения городов и деревень Сентуса, Гортер всё же ясно смотрел вдаль, туда, где на краю горизонта еле-еле виднелась пустая равнинная земля. Без сомнений матёрый охотник знал, что именно оттуда начинались все те неприятности, которые он буквально ощущал на себе, если говорить о последних сезонах из числа тех, что ему удалось пережить вместе с выбранным им когда-то для своего обитания далёким северным лесом, хотя он, пожалуй, слишком долго упускал из виду их очевидный первоисточник.

«Что ж, — подумал про себя бывший следопыт и привстал с колен, ухватившись рукой за растущий рядом молодой тополь, — отныне путь к этому первоисточнику снова лежит передо мной».

И, как и много лет назад, Гортер не видел сейчас для себя другой альтернативы, кроме нескончаемой борьбы за свои принципы, стремления и идеалы, которые когда-то так упорно поддерживали его личность, не давая пасть во мрак людской вседозволенности. Хотя на этот раз данная борьба уже не была чем-то, принадлежавшим только ему одному, поскольку, незаметно для старого охотника, она выражалась теперь куда большими вещами, нежели те, что были отпущены человеку с рождения и до смерти — такими, например, как защита целого леса за его спиной!…И надёжная помощь всех тех союзников, что смотрели сейчас вместе с ним своими дикими глазами на этот столь чуждый для них людской край, грозивший отныне любому зверю лишь враждебностью и истреблением вкупе со всевыжигающей пустотой, обязательно приходящей после.

«…Наступающей человеку на пятки, чем бы он ни занимался», — мрачно усмехнулся про себя Гортер, подытожив свои последние размышления на эту тему и поправив на плечах рюкзак и колчан.

Глава 5

Глава 5

Если вы перестали делать какие-то вещи просто

для удовольствия, считайте, что вы больше не живете.

Эрнест Хемингуэй

­­

— Спесивая тварь! — возмущённо проверещала солидная немолодая дама в бордовом платье с оголёнными плечами, поспешно вылетев на улицу вслед за вырывавшейся из её рук полураздетой девицей, которой на вид никак нельзя было дать больше семнадцати-восемнадцати.