Тёмных дел мастера. Книга третья

— Прошу простить меня за то, что вам только что пришлось стать свидетелем такой сцены, но не соблаговолите ли вы ответить мне на один вопрос…

После этого хозяйка борделя, видя, что парнишка никак не реагирует на её слова, аккуратно приподняла своё платье и ловко соскочила со ступеньки вниз, пройдя по внутреннему залу как полноправная владелица заведения, пока не оказалась позади юноши вплотную и не упёрла ему в плечо свои острые ярко выкрашенные ногти. Это заставило юношу слегка покоситься в её сторону, оторвавшись от своей газеты.

— Доколе вы ещё думаете оставаться здесь на правах посетителя? Тут вам, знаете ли, ни хотэль и не дом отдыха…

После этих слов её давно почерствевшее сердце расчётливого предпринимателя окончательно спасовало перед его решительными, но мягкими действиями, поскольку этот странный посетитель вдруг лишь молча накрыл её пальцы своими и, привстав с кресла, властно и требовательно взглянул ей прямо в глаза, хотя самой Астии в тот момент показалось, что взгляд его прошёл намного глубже.

— Госпожа, я всего лишь ожидаю кое-каких новостей в вашей приятной компании. Неужели для данного заведения это такой уж скверный порок?..

А остальное сказанное тут же испарилось вон, поскольку хозяйка борделя больше не чувствовала твёрдого пола под ногами. …И только где-то через два часа безумной любви и страсти в арендованном им под крышей её заведения номере их стиснутые обоюдным жаром тела наконец расцепились, что заставило Астию буквально обмякнуть в его твёрдых мужских руках, давно позабыв обо всех своих насущных невзгодах.

— …И что же, по-твоему, является главным пороком всей системы развития человеческого общества в любую из эпох? ­­— продолжал свои наставления Эргарот, стоя над висевшим вниз головой Альфредом, пока тот пытался натренировать собственные тело и разум, подвергая их очередным ежедневным упражнениям в дальней части замка, вечно объятого снаружи ярким бездонным сиянием дневного света.

— Хм… Недостаток знаний? — спокойно проговорил молодой колдун, эффективно перенося противодействующее мыслительному процессу напряжение.

— Ты рассуждаешь в верном направлении. Но скажи: если бы у тебя было много знаний, как бы ты ими распорядился? — снова спросил его требовательный властитель своего эфемерного края.