Тёмных дел мастера. Книга третья

— Вот, например, я вижу, что ты всё ещё не познал женщины… и-и, похоже, что одна лишь констатация данного факта вызвала в тебе только что непроизвольную стеснительность, верно? Но так и надо. Более того — это своего рода естественная реакция. Ведь ты основываешься и на природных, и на социальных факторах, оценивающих и карающих тебя за соблюдение или несоблюдение данного условия существования.

С той лишь разницей, что все эти факторы сейчас существуют только у тебя в голове.

На самом же деле никто и никогда, кроме тебя самого, над твоей душой не стоял и не стоит.

И даже если ты оглянешься назад, то увидишь там лишь пустоту, поскольку только твоё отношение всегда определяет то, как на тебя воздействует это конкретное знание.

— Но стоит мне познать женщину, как ситуация изменится? — попытался раскрыть для себя тайный смысл его слов Альфред, который уже давно привык к тому, что, в отличие от непредсказуемого Джаргула, его новый источник знаний был куда более методичен и серьёзен.

— Скорее всего. Хотя ты будешь далеко не первый мужчина на земле, открывший для себя все прелести плотских утех, а лишь очередной.

Твоя оригинальность в этом вопросе, которая будет определять лично твои собственные ощущения, по сравнению с ощущениями всех других мужчин, что были до тебя и определённо появятся уже через секунду после, будет равна немногим больше одного процента. И поверь мне: благо, если твой индивидуальный показатель превысит хотя бы этот жалкий уровень.

— Выходит, что подобный опыт как бы почти не имеют ценности в общем потоке времени, — констатировал за ним Альфред и запнулся.

Его начинало одолевать некомфортное физическое состояние мышц во время тренировки.

— И почему же? — словно почувствовав это, требовательно проронил Эргарот.

— Не знаю… Потому что они слишком похожи друг на друга?

— Нет. Всё дело в преемственности поколений, — заявил умудрённый годами хозяин замка с деловитым видом. — Такова сама природа знаний. Они непрактичны. Что животным, что людям веками приходится изобретать и садиться в одну и ту же телегу, понимаешь? И даже несмотря на то, что человек придумал книги, а также другие способы передачи информации — практически все эти способы всё ещё настолько несовершенны, что, когда дело доходит до развития его собственной цивилизации, каждый из этих способов оказывается слишком субъективен, чтобы уверенно двигать её вперёд.

Вместо этого происходит путаница и необходимость осваивать всё заново. Ровно так же, как и в природе.