Рыцарская удача

Приступай!

Тот пожал плечами, переглянулся с товарищем и начал с явной неохотой:

- Всё началось ещё до рассвета…

Прозвучавшая история могла быть банальной для всех миров, времён и народов. Особенно в периоды лихолетья и непрекращающихся войн. Сборный отряд обнаглевших бандитов, решили взять на меч весь, и поживиться трофеями со стоящего на постое отряда рыцарей. Может и вырезали бы всех поодиночке, без шума и крика. Да помешали поднявшие тревогу дозорные. Причём оруженосцы, стоявшие на посту, заметили ватагу татей издали, и звук боевого рога поднял на ноги всех.

Вот тогда господин Шестопёр и проявил присущую ему трусость. Не успев толком одеться, он заставил оруженосцев покинуть дом, и спрятаться в сарае. Тем временем бой разгорелся, рыцари успели облачиться в латы, пусть и частично, и дать достойный отпор не только своими силами, но и подняв на сопротивление кметей. Если бы нападающих было не так много, это бы сработало, но тех оказалось за три сотни. Пусть и плохо вооружённые, неумелые, но они побеждали количеством.

Или забрасывали противника стрелами, кольями и камнями издалека.

Когда шум потасовки приблизился к сараю, ещё более испугавшийся Грин, приказал отходить огородами. Вроде и вырвались, вроде и ушли от шума боя… Но на краю веси, попали в лапы заградительного отряда, и были постыдно пойманы в сети.

Причём момент их трусливого бегства заметило несколько человек из своих, да и сам баннерет Варширок, уже зависнув на столбе кричал на Шестопёра «Трус! Никчемность!».

Значит, ему успели рассказать об увиденном бегстве. Но дальше Райкалин и сам уже всё знал или догадывался. Поэтому взмахнул рукой:

- Стоп! А теперь вот ты, Ольгерд, скажи, что именно мы сделали неправильно?

Блондин выпучил глаза, не признавая абсурдности неуместного вопроса. Только и выпалил:

- Всё! Всё мы сделали неправильно! Не по-рыцарски! Надо было броситься в бой, и погибнуть вместе с товарищами!

Немного сомневаясь в предстоящем, Василий сделал длинную паузу, заглотав неспешно десяток ложек своего варева.

Потом попытался шепелявить, как можно проникновеннее:

- Есть сиюминутная честь, а есть – высшая! Которую доверяют беречь не каждому, и которая сокрыта под страшными тайнами и защищена суровыми клятвами! К примеру… наш король…, которого вы чтите, - новая пауза, во время которой в глазах парней заплескалось уважение и даже некий мистический ужас. Но это подтвердило предположение, что король в здешней стране имелся.