ДухОдар

А Биф сидел за столиком и посмеивался, глядя на незадачливого задиру, с трудом вдыхающего воздух. Ох и достанется ему сегодня.

  - Ты чего устроил, Клифф? - ровным голосом, даже без отдышки, что странно при его весе, сказал хозяин кабака, - я ж тебе еще в прошлый раз сказал, устроишь драку, больше не пущу. Ты же теперь полгода на моем поле отрабатывать будешь: всю мебель мне поломал!

  Клифф только громко и шумно дышал, да ерзал ногами. Говорить ему не хотелось. И не моглось.

  - Ладно тебе, Ижак, - подал голос Биф, - оставь его, задохнется же.

Кто тогда отрабатывать будет?

  Ижак посмотрел на него с недовольством, словно прикидывая что-то в уме.

  - Твоя правда, - наконец выдал он, невероятно легко поднимаясь на ноги, - вали, Клифф, чтобы я тебя не видел.

  Мужик медленно встал, словно не верил в неожиданную свободу, и начал разминать мышцы. Он, насупившись, поглядывал на хозяина и выглядел очень комично. Биф едва сдержал смешок. Понимая, что развлечение закончено, гости кабака подняли стулья и столы, из тех, что остались целы, и продолжили коротать вечер.

Посыпались заказы на новую медовуху, и помощница Ижака, его прекрасная дочь Ками поспешно разносила кружки. Никого особенно не беспокоили осколки стекол на полу от разбитых бокалов, куски мебели и мирно дремлющие на полу сотоварищи. Не прерывать же из-за этого отдых, в самом деле. Идиллия, в общем.

  В этой суматохе Биф обратил внимание на молодого парня, сидящего в углу кабака, куда как обычно не попадал свет от свечей: хозяин любит экономить.

Не удивительно, что Биф его сразу не заметил. За время драки он ни разу не пошевелились и вообще выглядел крайне любопытно, даже подозрительно. Что это на нем? Выглядит как дорогой шерстяной тапперт (тапперт - приталенный плащ с длинными рукавами, прим. автора), здесь таких отродясь не было. Как его занесло в эту богом забытую деревеньку?

  Кабак снова погрузился в привычный шум. Гус, местный менестрель, чудом уцелевший в недавней потасовке, даже завел какую-то мелодию на жалейке.

Что-что, а играть он умеет так, что душа радуется. Может и грустить заставить, и в пляс пойти, и на бой собраться. Сам правда бои не любит. Пальцы свои музыкальные, говорит, бережет.

  Биф взял еще медовухи и широкими шагами направился прямо к темному углу, к незнакомцу. Пора было узнать, кто он и чего в этих краях забыл. Дорога на северо-западе, насколько Бифу известно, закрыта.