ДухОдар

Он снова потерял равновесие и рухнул прямо на стену. Бедные хозяева, поди, перепугались. Но все обошлось: стена осталась цела.

Выбравшись на прибрежную тропинку, Револьд вздохнул с облегчением. Разглядеть что-нибудь здесь оказалось куда проще. Вон хижины в ряд стоят, а последняя, по-видимому, Гислина дом. Шагать к нему приходилось прямо через водный поток. То ли река разлилась, то ли дождевые ручьи огромные такие, кто их разберет. Вода порой доставала до колена, сбивала с ног и заставляла принимать ванну. Одно хорошо, что хотя бы теплую.

Вблизи дом старейшего жителя оказался еще хуже хижины старосты. Он покосился и вообще держался на честном слове. Заметно, что доски прогнили и просели. В таком доме даже находиться опасно, не то что жить. Видимо, у старика совсем не было сил поддерживать хозяйство, а помогать никто особо желанием не горел. Вот так к старикам на промысле относятся, что уж тут поделаешь.

В дверь постучать не удалось. От легкого прикосновения она со скрипом распахнулась вовнутрь и оттуда пахнуло затхлостью и плесенью.

Комфорт буквально кричал из каждого угла. Единственную небольшую комнату освещала маленькая свеча возле проржавевшего котла. Скорчившись на грязной тахте, спал очень пожилой мужчина. Хотя сложно было себе представить, как здесь вообще можно находится дольше часа. До какой бедности порой доводит человека жизнь. И какими жестокими могут быть люди вокруг. Револьд задумался, как же мало ему удалось повидать жизнь до сих пор. И как много он понял, глядя на этого истощенного старика, забившегося в углу.

– Извините, - прошептал ученый и немного прокашлялся. Будить хозяина не хотелось, но не возвращаться же назад? По дороге Рев промок насквозь, а здесь хотя бы немного теплее, чем на улице, - не вы ли Гислин?

Старик медленно пошевелился на своем ложе, поднял голову и удивленно рассмотрел гостя.

– Давненько ко мне никто не захаживал, - покряхтывая произнес хозяин, - уж думал ждут не дождутся, когда врасту в тахту свою. Ей-ей, скоро так и случится, клянусь Долиной Дольменов.

Но перво-наперво я стухну с голоду. Вот вы обрадуетесь, небось праздник даже устроите. А Гислина опять не пригласите. А чего его приглашать, он же мертвый…

– Уважаемый Гислин, - попытался перебить ворчание старика Рев, - я не из этих мест… Право слово, не знал, что вы так плохо живете. Варин ничего не сказал…

– Скажет он, как же! – еще пуще прежнего возмутился старик, - он и его братия только об одном и думают, как свое брюхо набить.