Согрецу. Первородные. Хроники Багрового Заката

Две растущие силы искривляли пространство вокруг себя и грозили вот-вот разорвать ткань реальности.

Одновременно, они ринулись вперёд. Казалось, что всё мироздание пребывало в этом моменте. Мечи устремились с обеих сторон, полностью открыв грудь. Словно Ариас специально намеревался пропустить смертельный удар. Так бы и должен был подумать соперник. Мощнейшая аура ярости, окутывающая тело, грозила испепелить всё, что посмеет его коснуться. Наверняка, Кровавое Божество так и думало. Высокомерное решение, что его сила абсолютна.

Последним громогласным шагом, разразившим землю паутиной трещин, с ноги Куро сорвался порыв тёмного ветра буквально сдувшего защитную ауру. Тут же взмах рук, подобно крыльев, выбил клинки, полностью обезоружив противника. На лице Ариаса появилось удивление. Рука Куро уже приближалась к его груди. Увернуться не оставалось никакой возможности. Впрочем, Божество уже увидело, что хотело, и было готово смиренно принять поражение. Пальцы, сродни лезвию клинка, с треском вошли в плоть и, разорвав сердце, показались из спины.

- Спасибо, брат, – изо рта потекла кровь. Ариас обхватил его руками и крепко прижал к себе. – Позаботься об этом мире и матери. И не смей обижаться на Арую или Элиуса. Ты всё сделал правильно. И я могу только гордиться, что у меня был настолько удивительный брат.

Он медленно обмякал в его руках. Куро аккуратно опустил тело на землю.

- Лисёнок стал настоящим чудовищем, – послышался удаляющийся голос Кровавого Божества.

Зверь постепенно покидал сознание, возвращая привычное восприятие.

Сейчас Куро ощущал себя марионеткой в чужих руках. Не желанный спутник завладел его телом, провернул свои грязные делишки и вернулся на задворки сознания. А ему теперь отвечать. Отвечать за смерть брата, убитого на глазах остальных членов семьи.

Куро обвел их взглядом. Ни в одном не было упрёка или ненависти. Каждый понимал, что здесь произошло и не испытывал к нему злости. Взгляд остановился на Аруе. Её прожигающий взор грозил сделать в нём дыру.

Вряд ли бы хоть какие-нибудь слова могли утешить, но и промолчать он не мог.

- Я и не надеюсь, что ты меня простишь, – голос был привычно твëрд и спокоен, несмотря на то, что внутри всё трясло. – Просто знай, Ариас был мне также дорог. И именно, поэтому, мне пришлось его убить. Сама видела, зверь полностью поглотил разум. Однажды он мог просто напасть на тебя или, что еще хуже на Элиуса. Я ни в коем случае не снимаю с себя вины.