Олимпиец. Том III

Я до последнего был уверен, что передо мной те самые легендарные воды Стикса, в которые добрая мамуля Ахиллеса окунала своего новорожденного ребеночка.

Кстати, мое мнение — затея с пяткой достаточно бредовая. Нет, правда. Ей что, было слишком сложно опустить до конца? Или привязать за веревку, в конце-то концов? Ну, или уж действительно, если не было другого выхода, то почему именно пятка? Почему не мизинчик, например?

Хотя ладно, с местными сандалиями Ахилл бы умер, один раз долбанувшись ногой о тумбочку.

Так, что-то я отвлекся.

Стикс, или, как ее еще называли, река Клятв, в реальности лежала гораздо дальше и соединяла Тартар и Луга Асфодель. Мрачная река для мрачных мест. В том же Элизиуме души могли искупаться в Лете, иначе известной как воды Забвения.

Из забавного.

Без понятия, есть ли в местном аналоге Рая телевизор, но если есть… Это же какие перспективы. Можно глянуть любимый сериал, окунуться в белые пенящиеся воды Леты и быстренько его забыть.

Очень удобно.

Кроме Ахерона, Леты и Стикса, через Подземное Царство протекали еще две реки. Коцит — приток Стикса, или Ледяной Плач, и впадающая в Ахерон огненная река Флегетон. Как мне рассказал паромщик — она действительно горела. Двадцать четыре на семь. И соваться туда он никому не советовал.

Харон вообще оказался забавным дедком. Нужно было только привыкнуть к громадному черному веслу, которым он орудовал словно легкой тростинкой, да странному зеленому свечению глаз-фонариков.

И нет, под плащом у него был не череп. Вполне себе человеческое лицо. Просто старичок не любил его никому показывать, вот и скрывался все время под капюшоном.

Мое мнение — стеснялся залысины.

В общем, мы с ним душевно поболтали. Все равно пока плывешь в лодке — делать-то особо нечего. Километр вправо, километр влево — ни единой живой души. Только открытое водное пространство да своды пещеры над головой.

Я задумчиво наблюдал, как Харон уверенными движениями весла направляет лодку среди потоков абсолютно черной воды и… Подыхал от скуки. Честно говоря, от путешествия в долбаное царство мертвых я ожидал чего-то… Поэпичнее, что ли?

Изо рта вырвался зевок.

— Сколько нам еще?

— Около… Часа, — прохрипел в ответ паромщик. — Мертвые… Не Любят… Спешки… Господин Адриан.

При разговоре старик забавно шевелил подбородком и слегка посвистывал.