Небесный наследник. Том 1. Том 2

— Почему посторонние в гримерке? — выдохнула Фиона, даже не посмотрев в мою сторону.

Тон ее голоса был надменным.

— Я спрашиваю: почему посторонние в гримерке?

Ко мне тут же рванули две тетки весьма грозного вида. У одной в руке был огромный фен, у другой — ощетинившаяся словно еж расческа.

— Дива автографы не дает! — закричала одна.

— Пошел прочь! — рявкнула другая.

Я едва успел увернуться от их на удивление ловких выпадов. Было видно, что отбиваться от поклонников дивы им было не впервой.

— Я по делу! — выдохнул я, изо всех сил держась, чтобы не продолжить схватку и не сделать тетке с феном подсечку.

Хотя очень хотелось.

Диспетчер выдал мне необходимые документы — бумагу о направлении на служение, удостоверение охранника. А еще дал оружие — «макс вальтер» последней модели, экзамен на пользование которым я успел сдать чуть ли не в первый день пребывании в гарнизоне.

Я поколебался, но потом все же показал удостоверение. Хотя руки чесались сперва вытащить оружие.

Тетки уставились в документ.

— По какому еще делу? — прорычала одна тетка, с феном в руках.

— По поводу охраны Фионы Введенской, — ответил я.

— Клара, брысь! — произнесла Фиона таким тоном, будто отпугнула кошку.

Тетка тут же затихла, отошла к столу.

Введенская наконец соизволила глянуть на меня. Посмотрела, словно на букашку.

— Добрый день! Я Аристарх Бельский, по поручению Анны Бергер, — представился я как можно более строгим тоном.

Фиона молчала, продолжая меня осматривать — от этого взгляда мне стало не по себе, словно какой-то товар на прилавке выбирала.

— Худоват, — наконец произнесла она свой вердикт.

— Какой есть, — пожал я плечами.

— Ну да, какой есть, — томный голосом повторила дива.

Мы некоторое время молчали — Фиона продолжала смотреть на меня, а я не знал, что еще сказать.

— Так значит это ты спас Императора? — спросила оперная дива, потеряв ко мне всякий интерес, отвернувшись к зеркалу и продолжив наносить макияж.

— Спас, — коротко ответил я.

Меня начало раздражать все это.

— Ваше милейшество.

— Что? — не понял я.

— Спас, ваше милейшество. Когда отвечаешь говори так.

Я удивленно глянул на Фиону. Но та не шутила, говорила серьезно.

— Хорошо, — скрипя зубами, ответил я.

Фиона зыркнула на меня.

— Хорошо, ваше милейшество, — поправился я.

— Нет, так не надо, — вдруг сказала она. — Из твоих уст это звучит как ругательство.