Беглец. Второй пояс

Но ни глаза, ни пальцы не могли найти даже следа трещины. Означало ли это, что древко выдержало? Или нет?

В десятый раз пошире расставил руки на древке, напрягся, изгибая его и внимательно прислушиваясь. Ничего. Внешне всё в порядке. Но, почему же я ощущаю Пронзатель по-другому? Может дело в сгоревшей жизни? Ладно. Лучше всего будет обратиться к тому вредному старику начертателю. Или поискать кузнеца в городе.

Оглядевшись, я попытался понять, в какой части Поля Битвы мы вообще находимся. Клатир дал лишь небольшой кусочек карты, по которому этого было не понять.

По всему выходило, что на востоке и гораздо ближе ко входу на Поле Битвы, чем прошлое место. Можно за день выйти. В подземельях мы пересекли всё Поле Битвы. Хотя, в этом заслуга скорее того Зала Малых Путей. Неудивительно, что после него я перестал угадывать дорогу.

Указал Пронзателем:

— Нам туда.

Спрятав оружие в кисет, первым двинулся на выход из поместья. И уже буквально через шесть тысяч вдохов пути понял, что переоценил свои силы: даже простая ходьба выматывала меня.

Нечего и надеяться на то, чтобы дойти до выхода с Поля Битвы за один день. Поэтому я сбавил шаг, начал делать частые привалы, на которых расстёгивал цепочку и занимался медитацией и Формами Выносливости и Заживления Ран.

Ночевать мы устроились у разрушенного фонтана. Прямо посреди улицы. Я не хотел сражаться. Пусть даже моим противником стал бы всего лишь голем этапа Воина.

На следующее утро, пройдя всего три или четыре тысячи вдохов, Рейка нагнала меня и тяжело вздохнула:

— Ты и сегодня будешь весь день молчать, Дар.

.. Леград?

Я покосился на неё и хмыкнул:

— Если уж тебе хочется поговорить, то всё в твоих руках.

Рейка переспросила:

— Это как?

Я пояснил:

— Расскажи о себе. О своей семье.

Рейка вновь поджала на миг губы, отмахнулась:

— А чего о них рассказывать?

— Например, расскажи хороша ли ваша семья в алхимии? Парни говорили, что у тебя были отличные зелья...

Рейка вскинулась:

— Это сказал тот гархов выкормыш Юрлем!

Я чуть скривился от ругательства, Рейка это заметила, сжала кулаки:

— Что?

Я лишь пожал плечами:

— Ничего.

Это всё позади, и они получили по заслугам.

Рейка неожиданно хмыкнула:

— А ведь Тоум, — тут же пояснила, словно я за день забыл его имя, — старший среди тех, с кем ты меня отправил, всё беспокоился, что ты с ними сделаешь. Подозревал, что ты уже сам сколотишь из них банду и начнёшь грабить всех, кто входит на Поле Битвы.