Беглец. Второй пояс

Да что не так? Притворяешься слабым, обязательно найдётся тот, кто решит, что перед ним отличный будущий долговой слуга. Показываешь свою силу, находится тот, кому спесь отбивает мозги, и он пробует тебя на прочность.

А сейчас это делает и вовсе младший. Этот крикливый хорошо, если Мастер. А говорит и решает за своего хозяина, Агоста Тамим. У него самого языка нет? Или привык, что за него решают другие?

На миг я до боли стиснул пальцы на древке Пронзателя. Передо мной Тамим. Плевать на их спесь, но я слишком многим обязан Сарефу.

Не убивать же мне людей, что служат его семье? Мысль об этом мелькнула в голове, когда меня окликнули, а я считал их всего лишь наёмниками купца. Но что делать мне теперь?

Воины передо мной на миг переглянулись. Я рывком расширил сферу боевой медитации, охватывая ею всех, кто стоял вокруг. На миг представил, как вбиваю Пронзатель в горло того здоровяка с дао, что стоит чуть впереди остальных. Он и не поморщился, хотя был шестой звездой Воина.

Слабак. Но их здесь пять десятков.

Указы?

Раздался новый голос:

— Стойте.

Это наконец заговорил старший отряда, тот самый молодой господин Агост. Он мне уже не нравился. Позволил говорить за себя другому человеку. И позволил говорить нагло. Молчал до последнего. Ещё немного и я бы усыпил его людей, наплевав на то, что сам думал найти хоть кого-то из Тамим и сообщить им о судьбе Сарефа. Оказалось, что хоть кто-то не подойдёт. Слишком уж наглыми оказались первые, кого я встретил.

Агост же неспешно продолжил говорить. С этакой ленцой, словно он устал ещё при первом слове:

— Мой человек погорячился. Довольно будет и того, что ты снимешь привязку к кисету Путника, а мой слуга проверит его содержимое.

Я представил, как в кисет Тёмного, заваленный доспехами, оружием, кисетами и всем прочим, что я забрал из подземелья Древних, включая растение-спутник и меч Сарефа, заглянет этот наглый и крикливый.

И какого размера у него будут глаза после этого.

Но представил только на миг. Не для того я месяц за месяцем, теряя сознание от боли, рубил на себе цепочку, чтобы кто-то указывал мне, что я должен делать. Я отлично помню, что даже Лиру Гарой, решение заглянуть в кисет жалкого Мастера из Первого пояса, могли припомнить недоброжелатели. Что даже для него это была тень на репутации. А здесь какой-то сынок главы небольшого города.