Первый танец Рапсамаш

Все как обычно было тщательно спланировано и покрыто строжайшим секретом – Проповеднику не было равных в организации подобных тайных мероприятий. А как иначе их культу, их вере, можно было бы существовать, когда весь остальной мир ослеп и возненавидел их за то, что они знают Истину? Даже короли, мудрецы и величайшие чародеи прошлого и настоящего не способны познать того смысла, что открывал Он тем, кто посвящал свою жизнь вере и служению Ему.

Ступая по местами поросших мхом неровным булыжникам, Гедар чувствовал, как его сердце трепещет в предвкушении.

Предвкушении чего-то сакрального, божественного, о чем предупреждал Проповедник в своем зашифрованном послании. Единственное, что его беспокоило, что ему опять придется столкнуться с ней…

– О, мой славный рыцарь прибыл!

Помяни черта…

– Гедар, Гедар, Гедар! Как же долго я ждала нашей встречи! – из тени выплыла тонкая женская фигура, на ходу скидывая плащ. По лицу «незнакомки» расплылась жуткая не то улыбка, не то оскал, неизменный атрибут этой пренеприятнейшей особы.

– Что же ты молчишь, мой рыцарь? Али облик мой тебе не мил боле?

– Какую бы кожу ты не натянула, Анирвала, свою натуру ты изменить не сможешь.

– Мой милый грубый рыцарь, я же говорила тебе, что кожа тут ни при чем. Что ж, для следующего раза подыщу девицу пополнее. Или повыше. Что бы ты предпочел?

– Помолчаливее.

– Ну, чего не поменять – того не поменять, – она попыталась обнять его за руку, Гедар отстранился, обошел девушку и пошел дальше по катакомбам к месту встречи, – Но ты хотя бы отметил, какая нежная и белая кожа у этой простушки? Удивительно для крестьянки! Правда, ничего другое у нее не выделяется особо, но я подбирала больше на свой вкус.

Ну скажи, как тебе? Ну?

Почему такая как она удостоена быть здесь? Почему ей тоже ведома Истина? С самого ритуала посвящения его в веру, эта ведьма положила на него глаз, чуть ли не буквально, и каждая встреча с ней была примерно одинаковой, менялось лишь тело, которое она использовала.

Гедар мог выделить только эту ее особенность как что-то, что могло дать ей столько привилегий среди их единоверцев. Но Проповеднику все же виднее, кого включать в круг самых приближенных. В конце коридора уже виделась широкая деревянная дверь.

– Со времени нашей последней встречи ты еще больше возмужал. Покажешь мне, какие новые шрамы тебе посчастливилось получить? Надеюсь, их много, и я смогу осмотреть каждый…

– Здравствуй, Гедар.