Изнанка. Том 2.

- Тем не менее, - сделала она, как мне показалось, театральную паузу, - я бы хотела начать все заново. Не так, как началось у нас.

- Что ж, я готов поверить в твое намерение…

- Только не нужно делать мне одолжения, - перебила она меня.

- А чего ты ожидала? Думала, если ты немного проявишь ко мне доброту, то я сразу побегу к тебе с объятиями?

- Я не ожидала от тебя этого, понимая всю ситуацию. Но и не потерплю пренебрежения в свою сторону.

- Никто тобою не пренебрегает.

- Готов! Поверить! – эти слова спутники пренебрежительного тона.

Я к тебе с искренностью, а ты мне сначала недоверием, а затем и с высокомерием. Ну и кто ты после этого? – дала оно волю гневу.

- Да чтоб тебя, - выругался я и сделал паузу, чтобы прийти к здравомыслию. – Во-первых, я бы хотел попросить прощения, если тебе так показалось, но я, искренне, этого не подразумевал. Во-вторых, при всем моем старании, как бы я не пытался, все же не могу тебе поверить вот так сразу. Нужно время и, считаю, обстоятельства.

- О чем ты?

- Ты же понимаешь, что слова это просто слова.

Главное поступки. Лишь они важны. Только они могут либо укрепить слова, либо их уничтожить.

- Ты что, мною манипулировать собрался? – возмутилась она, а губы сжались в прегневном состоянии.

- Оставь свои безосновательные подозрения, ибо это задевает мою натуру. Я человек прямолинейный, если ты этого еще не поняла, - высказал я это в резковатой манере.

- Хвастаться теперь будешь?

- Ты это специально, да?

- Что?

- Злишь меня.

- А тебя это злит? Не думала, что ты, Деннар – герой войны, такой ранимый, - в ее голосе я уловил доселе невиданные мною нотки, которые на долю секунды меня сконфузили.

«Она что, со мною кокетничает? – задался я вопросом. Впрочем, тут же отмел эту теорию.

- Ты вроде бы хотела извиниться, - попытался я вернуть разговор к началу, что, кажется, позже показалось мне ошибкой.

- Знаешь, не припоминаю подобного, - вздернула она подбородок. – Зато припоминаю, как ты со мною сегодня обошелся.

- Интригуешь.

- Это ли интриговать? Так, детские забавы, - махнула она рукой.

- Да, я наслышан о твоих играх. Даже угодил в одну из таких. К слову, должен тебя за это поблагодарить: теперь я всегда настороже и вряд ли дамся вот так легко.

- Ты невыносим.

- Уж, какой есть.

Не знаю, кто сейчас вел разговор и вообще в нем доминировал, но поймал себя на мысли – особенно после ее «ты невыносим», - что иногда мне было приятно вот так поддеть ей подобным.