Изнанка. Том 2.

В воздухе витало напряжение, вызванное постоянным держанием информации в голове о потенциальной опасности. Дамы, не знавшие всего, но своим тонким и проникновенным женским чутьем улавливали фибры в воздухе и наседали на меня вопросами. Войны, бедные войны, оставшиеся между моим приказом умалчивать и хозяйским тоном благородных, изворачивались насколько, насколько могло позволить их положение и при первой же возможности отъезжали от главной повозки подальше, оставляя меня один на один-два с ними.

- В чем дело? – снова, уже какой раз, задала этот вопрос Вико.

- В том, что мы мужчины: мы всегда беспокоимся, когда рядом женщины, которых нужно защищать. Тем более, все слишком спокойно. А любое спокойствие вызывает паранойю у мужчин, которые к тому же еще и войны, - собрал я поводья удобнее в руку.

- А еще вы мужчины склонны увиливать там, где все очевидно, думая, что мы, женщины, слишком наивны, но мы все видим; может что-то не понимаем, но видим.

- Вы, женщины, зачастую лишь полагаете, что видите, когда на самом деле ничего нет.

- Дело не в фантазии; дело в проницательности. Думаю даже ты, несмотря на своё упрямство, не сможешь отрицать того факта, что женщины способны чувствовать больше, - изогнула она бровь.

- Способны – с этим согласен; вот только чувства свои не могут понять.

- Мы их понимаем; но иначе. Дело в том, что мужчины считают, если женщина стоит позади них, значит, она отстает. На самом деле мы видим все целиком, в отличие от вас, которые уткнуться носом и не видят, соответственно, дальше.

- Слабая точка зрения без каких-либо аргументов…

- Но от этого не становится не верной, - перебила она меня.

- Но и не становится верной, - парировал я.

- Верно, что не становится верной. Но тут уж проблема в восприятии каждого: кому-то достаточно лишь намека, и дальше он сам додумает, и, соответственно, уверует; а кому-то предоставь все мыслимые и немыслимые аргументы, а он будет веровать лишь в то, во что изначально хотел.

- Ты уходишь от основного разговора, погружаясь в дебри эфемерные.

- Вовсе нет. Я лишь хотела сказать тебе, что наши мнения расходятся и это, считаю, нормальным.

- Считаешь ли?

- Что за сомнения? – возмутилась она.

- Что за подозрения? – наигранно ровным тоном ответил я.

- Ты невыносим.

- Уж, какой есть.

Из нее вырвался то ли рык, то ли стон и она отвернулась от меня. Все это время мать, то бишь моя теща, хранила молчание и отрешенно слушала нас.