Раубриттер (IІ. - Spero)

Даже смотреть на них снизу вверх было боязно – казалось, что в следующий миг любой из них может сорваться и рухнуть прямиком на голову. Тут, пожалуй, не спасет и дюйм бронированной стали…

- Я сам стоял в первой шеренге иберийских альмогаваров, на правом фланге. И ждал, когда магнус-принцепс протрубит в рог, чтоб вскинуть свой протазан. Его лезвие горело чистым серебром, но я знал, что оно сделается красным, как только я вгоню его в доспех первого встречного мятежного латника…

Ревелло, вспомнил Гримберт.

Он рассказывает о своем последнем бою, не подозревая, что я тоже был его участником. Правда, видел его немного из другой позиции – и в другом спектре.

- Баронская орда покатилась на нас как лавина. Рыцари и пехота. Вперемешку – дробящие камни и ледяная каша. От пехоты мы, может, как-нибудь и отбились бы, но рыцари… С рыцарями мы ничего поделать не могли, мессир. Наши жалкие полевые пушчонки били как могли, но снаряды чаще всего попросту отскакивали от лобовой брони гигантов, оставляя разве что вмятины.

Одну машину мы успели положить – наши канониры, хладнокровно подпустив авангард поближе, перешибли ей ноги. Рыцарь рухнул вниз, сметая порядки собственной пехоты, перемалывая пеших и конных, точно огромная борона, куски расколотой брони хлестнули вокруг подобно осколкам. Но это, конечно, ничего не изменило. И не могло изменить. В следующий миг рыцари открыли огонь. И мы все оказались в аду. Не в том, в котором мудрецы насчитали девять кругов, где грешники делятся по сословиям и кастам. В другом. В настоящем.

Забавно, подумал Гримберт, пытаясь отрегулировать воздушные насосы таким образом, чтобы те не нагнетали в бронекапсулу слишком много холодного воздуха. Мы готовы бесконечно воспевать стойкость императорских войск, хотя все знаем, что иной раз достаточно бывает одного залпа шрапнелью - чтобы хваленая франкская пехота, умывшись кровью, бросилась врассыпную, бросая аркебузы и взывая о пощаде.

Нет уж, если кто-то и остается на поле боя, когда делается по-настоящему паршиво, так это варвары и наемники. С варварами все понятно, отваги от них требуют их дикарские кровожадные божки. А вот наемники… Наемники не бегут никогда, это издавна заведенный обычай, которого придерживаются хоть горделивые швабские ландскнехты, хоть полудикие иберийские альмоговары. Такое уж у них правило.