Право на жизнь

Потому они и ищут, пытаясь определить границы наших военных возможностей. Сразу как заменим ополчением войска на востоке, сразу выдавим гвенъя на вас.

– Не так. Ваших людей, Александр, на границе заменят мои нукеры. Тогда ударный кулак станет вдвое сильнее и расплющит светловолосых, ну а дальше мы их додавим уже вместе.

Далваха Алмазный Полоз собрал штабное совещание на восьмой день. Но перед этим капитан Рысей попросил кое-что всем продемонстрировать. Несмотря на нежелание, Далваха вынужден был уступить: Рысь подержали ещё двое.

Если бы капитан Лебедей был жив… тогда их оставалось три на три, и слово генерала шло за два. Становилось решающим. На совете равных число голосов всегда нечётное.

Поля золотистой пшеницы вокруг села – незнакомого, но так похожего укреплениями на остальные – были полны насекомых, жужжащих, летящих, снующих туда-сюда, все заняты важными делами. Солнце уже палило вовсю, даже внезапные порывы ветра и редкие облака не могли хоть ненадолго охладить зной и жару.

Просто постоять на солнце – и то запросто схватишь солнечный удар. Но сегодня поля опустели по иной причине. Повинуясь приказу, двое рысей, прикрываясь иллюзией, устроили пожар. Наученные горьким опытом, заклятия оставляли с сильной задержкой: едва огонь вспыхнул, и очаг, и всё вокруг заволокла пыль от взрывов и уларов пуль. Одновременно места, откуда могли прийти диверсанты и куда отступить тоже на всякий случай накрыли миномётами.

Далваха поморщился.

– Мы это уже видели.

Вы зря надеялись их выманить.

– Поле непригодно для пашни. Пару сезонов, не меньше, – спокойно высказал мысль капитан Рысей. – Но они всё равно так сделали своими руками, лишь бы нас достать. Вы улавливаете цепь моих рассуждений?

Далваха поморщился. Явный намёк на ту девчонку в лесу. Ошибку Лебедя ещё можно понять: нормальные люди не строят сёла как крепости, окружая высокой стеной. Это бессмысленно, ибо нерационально дорого. Но вот с захватом девчонки сели в лужу Стражи именно его тысячи.

Причём, возьми они её живой – допрос помог бы избежать многих потерь.

– Я внимательно осмотрел трупы лично. Не полагаясь на доклады. Та девочка была отнюдь не дворянкой. Очень уж характерные мозоли. И дело вовсе не в том, что она владела оружием. Я вижу, здесь это нормально для многих мужчин и женщин даже среди крестьян. Она не знала, не могла догадаться, что её ждёт. Но предпочла убить себя, лишь бы захватить хоть одного врага с собой.