Путь Шамана. Шаг 2: Гамбит Картоса

И все это ради каких-то сокровищ? Где они? Вот я, вот остров, отмеченный на карте; где же сундук и сокровища?

Дождавшись полного восстановления маны, я двинулся к дереву, возвышающемуся в центре острова. Если сундук и должен быть, то он будет именно там. 

— Стой, путник! Ты прошел сквозь огонь, пришло время пройти сквозь воду, — между деревом и мной возникло какое-то лохматое и бесформенное нечто. Так вот какое ты, лихо лесное. Значит, это твоих рук дело? Значит, это ты, гад, отвечаешь и за комаров, и за пиявок, и за крокодилов? Отдельно выделю черепашку, мирно сопящую недалеко.

Все это ты натворило? Тридцатый уровень, две с половиной тысячи Жизни, уровень защиты неизвестен, но мне уже не важно. Я злой и раздраженный, а лихо так удачно попало под руку. 

— Мой первый вопрос…, — начало лихо, но я его нагло перебил. Как же достали все своими загадками!

У Шамана три руки… 

Это за комаров. Они же меня могли насмерть загрызть! 

— Остановись, Шаман! Что ты делаешь? — взвыло лихо лесное, прервав свой вопрос.

 

…и крыло из-за плеча…

Это за пиявок. Мало того, что заставил в эту зеленую жижу нырять, так еще и пиявок призвал. А вдруг я их боюсь?

— Это против правил! — давай, давай, ори громче. Возмущайся. Мне как раз нужно еще пару дополнительных секунд. 

…от дыхания его… 

Как же без крокодилов. Они хоть и не сильно меня побеспокоили, но только из-за того, что я включил голову и в воду не сунулся. Что могло случиться, не послушай я внутреннего голоса, даже думать страшно.

 

— Давай договоримся! — так лихо лесное оказывается еще и торгаш? 

…разгорается свеча.

Это за «черепашку-ниндзя». За нее и одного Духа мало, нужно сразу три прописать.

— Смилуйся, выкуплю жизнь свою, — лихо уже хрипело. Конечно, осталось всего лишь десять Жизни. И Колотушкой добить сумею, если что. Нечего попадаться под руку злому Шаману. Я и зашибить смогу. Загадки ему разгадывай. Пару Духов молнии — и все загадки сами разгадаются. 

— Клянешься, что не причинишь мне вреда, ни делом, ни помыслом? — спросил я лихо, опускаясь на колени.

Странно, Бодрости еще сорок единиц, но мне казалось, что на плечи навалилась вся тяжесть мира. — Ну? — рыкнул я, видя, что лихо замялось. Нехорошо падать в отключку, оставляя его недобитым. — Раз нет, то ты сам выбрал свою участь. У Шамана три…

— Клянусь! — выкрикнуло волосатое нечто, и, буквально за мгновение до потери сознания, я почувствовал, что тяжесть исчезла.