Зеркала Арона: Посвященный

И оставили на весь день, только дровишки подкидывали. Говорят, тот игрок в реале ни на иголки, ни на огонь потом смотреть не мог. Замирал от ужаса или убегал. Психологическая травма, все дела…

– Да, ну. Целый день на костре – это нереально, он бы умер быстрей.

– А, это и не реальность! Это вирт. И здесь нет угарного газа, от которого можно задохнуться, а здоровье во время таких вот наказаний не уменьшается ни на капелюшечку. И от болевого шока сознание ты не потеряешь, понял?

– Понял, – сдавленно ответил игрок.

– Вот и, прикинь теперь, во что превратится игра, если использовать такие методы для наказания преступников.

Другие игроки замолчали, но думали, без сомнений, о том же, что и Марк: «Ад. Вечные муки, от которых нельзя спастись ни забытьем, ни смертью. Хотя история, скорее всего, сильно утрирована. После такого поднялся бы огромный скандал. Но дыма без огня не бывает, так что придется действовать с оглядкой на правила».

– Чего палач ждет? Пока судья приговор объявит?

– Пока народ на площадь сгонят.

Смотреть на это никто не любит, но админы по ходу решили, что лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. В назидание, так сказать…

Людей на площади, действительно становилось больше. Небольшими группами, они вливались в толпу зевак. У многих на лицах было непонимание, у некоторых волнительное ожидание. Встречались и хмурые лица.

«Большинство игроков, ищут острых ощущений, возможность почувствовать себя охотником на двуногую дичь, чего они никогда не смогут сделать в реальности.

Если этого нет, аудитория значительно уменьшится. Если бы не эта истерия, сколько игроков осталось бы здесь? Едва ли много…»

Тем временем палач, похоже, решил, что зрителей собралось достаточно. Он что-то сказал, наклонившись к пленнику, затем начал разматывать плеть. Неспешный замах, резкое движение, свист кожаной полосы, и пронзительный крик преступника.

– Хватит! Прекратите! Я все поняааааааа… – закончить ему не дал второй удар.

После третьего он уже не мог кричать, только извивался, повиснув на цепи.

Один из игроков неподалеку попытался возмущаться, но, сколько бы ни открывал рот, не раздавалось ни звука.

«Сейчас у игроков нет права голоса. Прямо, как при разговоре с Берчевым: нашим мнением никто не интересуется, администрация просто доносит до игроков свое. А что на счет неигровых персонажей?»

Марк посмотрел на Вастиса. Мастер резьбы по камню грыз губы. Широко распахнутые глаза смотрели в землю.