Зеркала Арона: Посвященный

Возле его имени висела цепочка, обозначающая, что персонаж взят плен. То есть, он решил выйти из игры, а его тело осталось в качестве трофея.

«Они добрались до своих уровней, но не способны стерпеть чувство удушья? Что за дела? Это было даже слишком легко.»

Марк ожидал подвоха, пока вкладывал в рот последнего в отряде удвоенную порцию яда. Убийцы развивают к отравам высокий показатель иммунитета. Это первое, чему их учат.

Из ниоткуда выплыла Маланч. Дух места этой мини-локации.

Не босс, но если сравнивать с банковской системой, она что-то вроде ассоциата. Вроде бы и управляет своей рощей, выдает здесь задания, имеет свою долю от здешних ресурсов, но все же не главная. И, конечно, не всемогущая. Потому и нуждается в защите.

– Не убьешь их?

– Нет, у меня счетчик боли и так слишком накручен. Лишние пятьдесят процентов, мне ни к чему.

– Боишься, что это станет соломинкой, которая сломает горб верблюду.

Марк отвлекся от связывания пленников.

«Веселится… Посмотрим, что ты скажешь в следующий раз, когда мне уже не будет нужна твоя помощь.»

– Теперь ты ответишь на мои вопросы.

– Да, как и договаривались, я отвечу на два твоих вопроса.

– Кто… – Марк осекся. «Нельзя давать ей ни шанса уйти от ответа». – Что ты такое?

Вопреки ожиданиям, Маланч все так же продолжала улыбаться; казалось, формулировка ничуть ее не задела.

– Прежде, чем ответить я хочу услышать второй вопрос.

Марк напрягся. Стук виртуального сердца стал быстрей, гулким эхом отражаясь в висках. Ладони коснулись рукоятей коротких мечей на поясе. Знакомое ощущение прохладной и шероховатой кожи успокаивало. «Я должен знать… если не спрошу сейчас, то потом уже не решусь…»

– Второй вопрос, – в виртуальности губы не пересыхали, но Марк все равно облизнул их. – Что я такое?

Глава 1 Обманщик

Обман встречается на каждом углу. Ты можешь лгать во благо других или ради выгоды, но бойся солгать себе.

В душном фойе районной больницы было не протолкнуться. Люди галдели и суетились, толкались, переругивались. В забитом пространстве было два пятачка относительного спокойствия. Первый – полоса, соединяющая два коридора, по которой спешно шагали врачи и осторожно ковыляли больные. Второй – возле одного из окошек регистратуры – того, что оставили для больных. Возле него стояли всего лишь четверо.