Первый Орден. Книга 2. (Полет над пропастью)

В нашем мире, долг, это не то же самое, что в мире смертном. Если нужно вернуть долг, то это не просьба. Либо ты делаешь, что велено, либо умираешь. А сейчас, дай взгляну на результаты дел твоих.

Тикондрикс принялся с молниеносной скоростью чертить десятки рун, каждая из них входила в мою ладонь, поднималась выше, к предплечью, жгла огнем еще не окаменевшие участки руки, и, что более поразительно, жгла мой собственный внутренний мир. Спустя мгновенив все завершлось.

- Ну вот, теперь ты будешь жить. Чтобы не бегать за тобой ежедневно, печать, что я поставил, будет питаться от твоего собственного эйдоса.

Потрудись регулярно ее обновлять, иначе станешь статуей. И тогда лишь боги смогут вернуть тебя к жизни.

- Но ты ведь маленький незаметный, и весьма дерзкий. Сущностям уровня богов, незачем обращать на тебя внимание. Я тоже далек от них, лишь долг позвал меня к тебе сегодня.

- Если вновь надумаешь сотворить безумное и смертельно опасное деяние, коснись печати во внутреннем мире, я услышу. Затем мы поговорим о твоей нужде, и о моей нужде.

Чтобы ты понимал разницу! - Тикондрикс весело, но в чем то и устало, подмигнул мне и своим мыслям. - Не советую быть у меня в долгу. А сейчас, уходи из моего внутреннего мира!

Глава 62

Все же, Тикондрикс в чем то прав. Лишь за год жизни в этом новом, суровом мире, я уже устал считать случаи, когда "сознание возврщалось неохотно". Это случалось с поразительной постоянностью, с каждым разом все более закаляя мой разум. Вот так, проходя через испытания, постепенно то, что когда то возвышалось недостижимой вершиной, сегодня уже воспринималось очередным препятствием .

.. лишь затем, чтобы очертить следующую вершину.

- Не трогайте руку! - устало предупредил товарищей. - Элайас, я думаю, теперь ты найдешь применение своему артефакту.

Братья, бежавшие ко мне с поддержкой, остановились, аккуратно перешагивая через остатки породы, бывшие телом балларда. Сам монстр сейчас не представлял большой угрозы. Небольшой каменный отросток в четверть локтя покорно лежал на уцелевшей ладони.

Баллард не проявлял агрессии, лишь повиновение и мольбы о пощаде. Пусть живет, и приносит пользу. Новый невольный союзник благодарно свернулся вокруг запястья, превращаясь в браслет. Кровавый и опасный, хищный, но артефакт. Еще одну частичку силы.

Стоило лишь пожелать, обратиться разумом к балларду, как он откликнулся. Так же, как он умел путешествовать в камне, так мог разместить некоторое количество материи внутри себя.