Воронов дар. Свет и тьма

Мы вчетвером: я, мама, Олег и бабушка все утро встречали гостей и принимали соболезнования. Тетраходы разного пошиба заняли всю дорогу от ворот и до самого поворота из Воронова Гнезда. Много людей приехало, некоторых я даже не знал, а некоторых и вовсе не ожидал здесь увидеть.

Например, весьма неприятным для нас удивлением было появление на пороге нашего дома Родомира Григанского. Он приехал сам, и стоило ему только войти, как безмятежное, где-то даже весёлое лицо приобрело наигранно-скорбное выражение.

— Мои соболезнования, — он коротко кивнул и продолжил с трагичностью в тоне: — смерть Игоря для всех нас стала большим потрясением.

И хоть между нами и были натянутые отношения, я просто не мог не приехать и не высказать вам слова моей поддержки. Как я уже сказал, кончина Игоря Богдановича большая трагедия для всей империи, но в особенности для вас — его семьи. Я желаю вам сил, чтобы суметь справиться с этой немыслимой потерей и горем, которое так внезапно обрушилось на вас.

Мы все молчали. Олег и я сейчас, несомненно, думали об одном и том же — Родомир здесь не ради соболезнований и почтений.

Этот гад приехал позлорадствовать.

— Спасибо, князь, — отвесила дежурную фразу бабка, она и сама явно желала поскорее избавиться от его компании. К тому же позади его уже подпирали другие, не менее неприятные гости — семейство Вулпес.

Но Родомир почему-то не спешил уходить, а холодно и требовательно уставился на Олега.

— В чём дело? — забыв про всякий этикет, недовольно спросил Олег.

— Понимаю, что сейчас не лучшее время, — ядовито улыбнулся Григанский, — но я хотел убедиться, что вы знаете о дуэли и готовитесь к ней.

Его слова заставили нас настороженно переглянуться.

— О чём вы, князь? — растерянно поинтересовалась бабка.

— Так я и знал! — наигранно сокрушаясь, воскликнул Родомир, заставив остальных гостей неодобрительно коситься на него, Григанский сбавил тон и уже тише сказал: — Покойный князь назначил мне намедни дуэль. И мы, как и полагается серьёзным уважаемым людям, закрепили наше соглашения родовой клятвой.

Бабка побледнела, мама перепугано и вопросительно уставилась на меня. Ничем хорошим это нам не сулило. Родовую клятву можно отменить, но это бы значило, что мы отказываемся отстаивать честь отца, что мы не поддерживаем его претензий к Григанскому. Этим бы мы опорочили честь и память отца. У нас просто не было выбора и теперь вместо отца на дуэли должен сразиться кто-то из его кровных родственников.

Мы с Олегом мрачно приглянулись.