Воронов дар. Свет и тьма

— Дуэли, разумеется, быть, — ответил я. — Но необязательно было являться сюда лично. Могли бы сообщить по зеркалу связи. Сейчас не место и не время для подобных разговоров.

— Да-да, — гадко заулыбавшись, кивнул Родомир. — Конечно, обсудим всё позже, княжич.

— Князь, — грубо поправила его бабка, обдав Родомира холодным злым взглядом.

— Разумеется, князь, — хищно улыбнулся Родомир и наконец оставил нас, зашагав к князю Шаранскому.

— О чём это он, Ярослав? — тихо спросила мама. — Ты знал? Это правда?

— Я не знал.

И не думаю, что Родомир бы стал лгать о подобном.

— И что мы будем делать? — мама переводила обеспокоенный взгляд с меня на Олега.

— Не сейчас мы это будем обсуждать, Злата, — шикнула на неё бабка, указав взглядом на приближающихся Вулпесов.

Мы же с Олегом снова обменялись напряжёнными взглядами.

Сражаться с Родомиром на дуэли предстояло или мне, или ему. И Олег явно не считал меня равным Родомиру противником, я же в свою очередь не считал, что с эти справится Олег.

Но сейчас мы конечно же это обсуждать не посмели.

Владислав, Максим, Агнес и Ольга Вулпес подошли к нам. Скорбные поклоны. Скорбные дежурные фразы, которые мы за это утро слышали не один десяток раз.

Никакой искренности в этих словах, как и в печальных лицах. Я буквально нутром чуял, что ни черта они не сожалеют о смерти отца. Ну разве что Ольга не казалась лицемерной, она то и дело бросала в мою сторону грустные, полные сожаления взгляды, с таким же сожалением смотрела на маму и ее круглый уже вполне заметный живот.

Несложно было догадаться, что Ольга думала о том, какая это трагедия, что дети и жена остались без отца.

Напряжение между нашими семьями явственно ощущалось. И хотя Святослав и мама не были посвящены в наши опасения по поводу этой семейки, даже они вели себя довольно холодно и отстранённо с ними.

— Так это всё не вовремя, так скоропостижно, — причитал Влад Вулпес. — Игорь был ещё так молод. Мы, наверное, как никто другой, понимаем, какая это невыносимая боль, потерять сына, — он перевёл взгляд на бабку.

— Виктор был ничуть не старше Игоря, когда отправился к праотцам. А Элеонора была ровесницей Ярослава. Как это ужасно, что на нашу долю выпало такое несчастье. Разве может быть что-то хуже, чем хоронить своих детей?

Владислав уставил пытливый взгляд на бабку, ответ на его вопрос явно не требовался, но почему-то казалось, что он этот ответ ждёт.

Я почувствовал, как напрягся Олег.