Между Раем и Адом

Катрин очень не любит, когда её выставляют потерянной и милой девушкой, способной потерять голову от одного только мальчика. Хотя, быть может, дело в другом. В общем, продолжим.

Мы не знали, как много времени у нас в запасе, сколько враг отведёт на то, чтобы мы пришли в себя. Как долго будет действовать это «благородство». Минос заставил нас почувствовать себя слабыми, ничтожными, зависимыми. Но мы никак не ожидали того, что произойдёт под ночь следующего же дня.

— Генерал! На лазарет напали! — ворвался в штаб солдат и тут же рухнул на пол, — раненых убили, они безжалостно жгут Зал Советов! — из последних сил прокричал ангел, что в крови прилетел в штаб.

Всё замелькало перед глазами слишком быстро. Лекари забрали раненого, Иегудиил с отцом собирали воинов, и вскоре мы отправились защищать тех, кого ещё можно было спасти. Они так подло напали на лазарет, на склад оружия, а главное, второй раз. Зачем нужна была эта игра в благородство? Ответ и сам пришёл ко мне только сейчас: чтобы расслабить и вновь заставить нервничать от любого шороха.

Чтобы в самом конце добить армию.

У Зала началась настоящая мясорубка. Ангелы и чернокрылые то и дело замертво падали наземь. Раздавались взрывы и проклятия. В кучу смешались чёрный и белый цвет, вскоре превращаясь в бордово-красный оттенок. Казалось, что они сражаются только для того, чтобы забрать на тот свет как можно больше солдат, отдавая при этом и свои жизни. Что за ужас?

Я бы защищалась, но в момент баталии в одном из солдат я признала… Джека? Стоп, что?! Этого не может быть! Почему он тут? Почему на их стороне?

Я буквально на секунду прервалась, голова начала кружиться, а одному из чернокрылых хватило всего лишь одного действия, чтобы вырубить меня окончательно.

Но почему не убить? Последнее, что я запомнила, — это то, как отважно сражался Джек, а после глянул в мою сторону. В блеске его зелёных глаз я заметила замешательство, видимо, как и в моих.

Очнулась я уже на какой-то койке, за решёткой.

На руках были наручники, что сдерживали мои силы и не давали телепортироваться. Всё тело ныло от боли и слабости. Хотелось лежать так, как минимум, пару часов, но осознание того, что я далеко даже не в райском лагере, заставило меня осмотреться.

Холодная клеть, каменный пол, где-то вдалеке я слышала незнакомые и чужие мне голоса.

— Где я? — прошептала я, пытаясь встать с кровати и сориентироваться в пространстве.