Между Раем и Адом

Как-то в камере мои пальцы совершенно случайно коснулись кулона, что подарил мне Джек, и я попыталась вспомнить, откуда он, почему при мне? Всего на мгновение у меня всё прояснилось. Я вспомнила смех и добрые глаза, ночь в саду перед битвой и его руки, что надевали этот маленький меч. Но это всего мгновение. В следующий же миг — белый лист.

Как оказалось, память — это не самое страшное, что могло отнять у меня превращение в беса. Меня стали преследовать страшные галлюцинации, заставляющие вредить самой же себе.

Люди за решёткой казались угрозой, а мимолётные тени — убийцами. Так что в тот момент, когда с тихим скрипом поддалась клетка, я рванула на выход, надеясь выбраться из этого хаоса, только чтобы меня никто не тронул.

Конечно же, я не смогла и шагу сама ступить снаружи. Чьи-то сильные руки перехватили меня, не давая и возможности рыпаться дальше.

— Убери её крылья! Вам будет мешать! — услышала я сквозь пелену бреда.

— Они поломаны, я не могу, ангел, — ответил ему рычащий голос, обладатель которого тут же поволок меня наружу.

А я отбивалась, пыталась биться, применить силу, которая импульсами да выходила из-под рук. Казалось, моему похитителю было абсолютно всё равно. Он был занят чем-то другим.

Рядом с нами раздавались крики и звуки драки, а меня всё тащили, тащили куда-то вперед. Кажется, буквально на пару минут меня вырубило, или это был провал в памяти? Во всяком случае, меня толкнули в портал, где я уже и очнулась.

Мигом вернулись все воспоминания, и я полностью стала осознавать происходящее.

Крылья моментально регенерировали и смогли исчезнуть.

Передо мной стоял Аластор.

— Аластор! — крикнула я, подходя к нему.

Но он резко мне ответил:

— Нет времени. Тебя перенаправят в Лондон к Гордости. У тебя будет буквально пятнадцать минут на то, чтобы решить проблемы и очистить крылья. Прошу, Кристал, хоть сейчас попытайся проглотить свой длинный язык! — произнёс мой наставник, и нас выкинуло в огромный особняк.

На диванах сидели друзья.

У них был очень вымотанный вид, будто они не спали всю ночь, но только при виде меня тут же оживились.

— Вот она! — крикнул Джек какой-то девушке, что спокойно сидела на кресле, закинув одну ногу на другую.

Невысокая, с длинными русыми волосами и вроде бы невинным взглядом, но весь её вид… Это была Гордыня. Поджатые губки говорили о каком-то презрении ко мне, которое она и выплеснула, стоило только подойти ко мне.

— Ну, давай. Проси, — ухмыльнулась она.