Между Раем и Адом

Я глянула на дерево под окном и увидела парочку птенчиков, что как раз учились летать, перепрыгивая с ветки на ветку. Можно ведь не сразу доверять, а понемногу. Сначала обычные полеты, потом непринуждённые разговоры, после — и что посекретнее. Но пока можно и посмотреть на закат, а в Раю они были восхитительны. Красный шар света на горизонте осторожно притрагивался к той самой линии, где небо и земля соприкасались. Алый ореол медленно переходил в оранжевый, жёлтый, после мягко голубой и, наконец, синий. Отсвет от солнца окрашивал облака в нежно-розовый цвет, из-за чего они становились похожи на сахарную вату.

А поскольку в Раю вечное лето, то и дневная жара спадала и дул приятный прохладный ветерок.

— Идём, — наконец кивнула я Катрин, — только дай пару минут переодеться, — попросила я, и сестра, с улыбкой кивнув, выбежала из моей комнаты, закрыв за собой дверь.

Хмыкнув, мои руки уже на автомате открыли шкаф с одеждой.

Через минут десять мы с Катрин уже стояли на пороге особняка.

— Полетели? — спросила сестра, вызывая крылья.

Они были белые, большие и пушистые. Самый настоящий ангелочек. В свою очередь я вызвала мои — чёрные, как самая тёмная ночь.

Кивнув друг другу, мы одновременно взмыли в воздух и полетели в случайно выбранном направлении, не отставая друг от друга. Полёты всегда мне приносили какую-то свою особую радость. Когда тебя несут крылья, и ты отдаешься потокам воздуха, можно подумать. Подумать о многом, решить проблемы, что накопились за день.

Ветер трепал волосы, периодически полностью закрывая ими лицо.

Резким кивком головы откидывала их назад и продолжала лететь дальше. Прикрыв глаза, я наслаждалась этим моментом. Чувство, будто бы всё действительно хорошо, что ничего и никого кроме тебя, ветра и безумной высоты нет. Есть только великолепие поднебесья. Есть только чарующий закат. Есть тот момент, когда ты остаешься один на один и понимаешь, что ради такого готов жить. Готов переносить все невзгоды и беды, все те ямы, что преподносит тебе жизнь. Настроение становилось настолько лучше, что я даже и забыла ссоры с Катрин и готова была простить ей абсолютно всё. Пусть только дальше на нервы не действует.

Усмехнувшись своим мыслям я, наконец, открыла глаза. И очень вовремя, ибо дорогая сестра решила сбить меня крылом. Перевернувшись в воздухе, я возмутилась:

— Хэй! Что за детский сад!? — кое-как выровнявшись, засмеялась.

— Что? Никакого детского сада и в помине нет. Я просто пролетала.