The Elder Scrolls: Караван

Норд ударил в надвигающуюся руку, тем самым заблокировав удар противника, молниеносно ударил соперника кулаком в живот. Не дожидаясь реакции, схватился за правую, заблокированную руку, чтобы уйти на залом, но вместо этого сошел с линии атаки и врезал кинжалом в грудь ¬― прямо между стальных пластинок ¬― и в шею, впечатал костяшки кулака в нос.

На Ульдвина побежал каджит, но рухнул на землю в десяти шагах от норда – Бьорлам выпустил стрелу.

— Это фиаско, кошак! — Прокомментировал падение находившегося присмерти бандита.

Обойдя местность в поисках выживших, норд только спугнул стайку волков. Труп главаря они нашли пригвождённым к дереву. Стальная пластичная броня была не в силах сдержать крепкий сосновый сук, тем более на такой большой скорости, на какой летел мер. Сук торчал из левой части живота и правого бедра. Бандита било судорогой. Предсмертной.

Норд закончил жизнь бандита коротким выпадом, меч впился в пластину, норд нажал на рукоять с большей силой, меч пробил сталь, а позже и грудную клетку, разрезал сердце.

Все то, что можно было продать за неплохие деньги, норд собрал с тел бандитов, даже не побрезговал немного испорченной броней. После получаса возни с трупами и отчистки дороги от баррикад, в повозке собралось значительное количество брони – от кожаной и до стальной – большое количество разнообразных мечей – от железных и до двемерских – а также большое количество зелий, кинжалов и монет.

Два пузырька из-под зелья регенерации и здоровья сразу были выпиты нордом, дабы восстановиться после боя и зарубцевать рану на ухе и щеке.

Меч порезал мочку уха, оторвав маленький кусочек, и незначительно порезал щеку от уха и почти до носа.

***

До ворот Рифтена они доехали примерно за пару часов, солнце только-только начало склоняться. На конюшне спал Редгард, закрыв глаза шапкой, держал руки скрещенными на груди.

Бьорлам поблагодарил Ульдвин за помощь и за раздел монет, большинство которых ушло в карман возничему, ввиду заработатка от продажи мечей, брони и зелий.

Ульдвин свистнул конюху. Тот чуть не упал с бочки, сдернул ткань с лица, слез на землю и шатающейся походкой подошёл к Ульдвину.

— Как тебя зовут, салага?

— Шадр, господин, — вымолвил он тихим голосом.

— Слушай, Шадр, помоги мне дотащить это все, — указал на полную повозку, — до магазинов и лавок.

— Конечно, господин.

Стража открыла перед Ульдвином и конюхом ворота, норд с полными мешками вошёл в город.

Рифтен жил.