The Elder Scrolls: Караван

Туда-сюда сновали жители, многие из которых были в изодранные лохмотьях. Тут пахло тиной, застоявшийся водой – канал стоял, створки уже не открывали несколько месяцев - ввиду гражданской войны торговля практически приостановилась, лодки перестали заплывать в доки.

Темные каменные дома тут были не такие «пузатые», как в маленьких поселениях — том же Фолкрите или Ривервуде — а наоборот, были стройные, подтянутые. Остроконечные крыши, железные флигели, балконы. Очень красивый город. На первый взгляд.

Красиво было сверху, но опустить на один ярус ниже и ты увидишь дома бедняков, тех самых горожан в лохмотьях, и язву всего города – крысиную нору, дом Гильдии Воров.

На рыночной площади торговля шла очень тихо, очень вяло. Но, завидев господина с большими набитыми сумками, все оживились, стали призывать господина именно к его лавке, потому что именно у него хорошие безделушки, самая кровавая говядина и прочее и прочее.

Спустя пару часов кошель приятно отягощал, тянул к земле.

Товар был хоть и не первоклассный, но его было много, отчего Ульдвин обогатился на целых полторы тысячи септиков. Отдав мешочек с десятью монетами Шадру, Ульдвин направился к Мадези – аргонианину торговцу безделушками, уж ящер должен знать, где в городе другой ящер.

— Зздрасствуй, госссподин, — прошипел он, — не хочешь купить какие-нибудь безделушки для любимой? У меня первокласссные безззделушки.

— Спасибо, Мадези, но я к тебе по другому поводу.

Аргонианин еле заметно напрягся:

— Да?

— Ага, я ищу твоего собрата, также аргонианина.

Гужай… Гижай…

— Гиджай, — поправил его Мадези.

— Да, Гиджай.

— А зззачем он вам, госссподин?

— У меня к нему дело, я хочу сделать предложение, от которого он не сможет отказаться.

— Хм, я сссейчас не знаю, наверное, он сейчас в «ночлежке», поищите там, — потом добавил, — А всссе же, зачем он вам?

— А это, Мадези, большая тайна. У меня к нему дела нашего… э… братства, — солгал он, может даже Гиджай и не был ни в каком братстве, а являлся лишь посредником, но Ульдвин решил пойти ва-банк.

Потом добавил:

— Но сделай так, чтобы не кто о нашем разговоре не узнал! — кинул на стол кошель с двадцатью монетами.

«Ночлежка Хельги» расположилась прямо подле ворот, здесь жили все торгаши и рабочие, а заведовала Хельга, ярая поклонница Дибелы . Перед входом в Таверну он снял шлем, пригладил волосы, вытер лицо от грязи, открыл дверь.