Хроники Белого Ворона-4: ИДЁМ НА ВОСТОК

Отлич-чно!

– Каждая из бывших жён Борай-хана объявляется свободной от прежних обязательств перед мужчинами! Можете заново выходить замуж. Можете просто встречаться с кем хотите – у нас это разрешено. Также как и многожёнство. Да, в принципе, и многомужество. Но, – я встала, – К моему мужу не советую подходить! Не советую на него даже смотреть. Узнаю – отрежу уши, выколю глаза и отправлю пожизненно шлюхой на каменоломни, зэков обслуживать!!! – секретарша Леночка смотрела на меня огромными от ужаса глазами, – Всем ясно? – народ таращился и безмолвствовал; я снова сердито хлопнула тетрадью по столу, – Что сказать надо?!

Хор вышел ещё более унылый, чем в первый раз.

Энтузиазма у молоденьких вдовиц поубавилось. Но некоторые смотрели упрямо. Ничего, я вам зубы-то пообломаю!

– А теперь по очереди подойдите к Лене, назовите своё полное имя, возраст и всех ваших детей: и мальчиков, и девочек, с указанием возраста и желательно даты рождения. После этого семьями поднимаемся ко мне, беседовать буду с каждым индивидуально.

Леночка! Каждую семью на отдельном листочке и с листком идут ко мне!.. Балхия Талгатовна, вы первая. Подходите сразу сюда.

ЧАСТНОСТИ ПРИЯТНЫЕ И НЕ ОЧЕНЬ

Девчонок в массе было чуть побольше, и я даже скажу почему. Мальчишки кончались где-то на возрасте двенадцать-тринадцать, все более старшие остались в Степи. Девочки практически все пришли с матерями. Ну, насколько они были старше... Пятнадцать лет в Степи считалось возрастом чуть ли не обязательного замужества, так что таких было уже очень, очень мало.

С Балхиёй было трое: парень тринадцати и две дочери пятнадцати и двенадцати лет.

– Ещё дети с вами есть?

– Есть, сын и дочь.

– Возраст?

– Доче десять, а младшему – восемь.

– Хорошо. Руку на стол, – я показала как: ладошкой вниз, положила свою сверху.

Хм. Она же с мужем вошла – значит, тоже должна была быть первой. И ничего не проявилось?.. Я пригляделась внимательнее. Да, эта женщина привыкла быть в тени мужа... Дар был так глубоко спрятан и задавлен, что тут наскоком не получится.

Если вообще получится.

– Давно рисовала?

Дети вытаращились на мать, а она – на меня:

– Очень давно, не помню даже когда.

– Муж не разрешал?

– Говорил – баловство...

– М-гм, – я побарабанила пальцами по столу, – Бумагу, карандаши, краски – всё получишь. Пять рисунков в день. Каждый день! Через месяц посмотрю.

– А что рисовать? – она явно растерялась.

– Что хочешь. Что видишь. Или что помнишь. Природу, животных, портреты. Мужа молодого нарисуй.