Тайные кланы: Путь Навигатора

Оставалось только шагнуть вперёд, послав перед собой волну энергии, чтобы раздвинуть багровое пламя, заслонявшее проход. Но даже этого не потребовалось. Едва я собрался разрушить завесу, как она исчезла – словно кто-то выключил её, нажав на кнопку.

За стрельчатой аркой простиралась тьма, из которой доносилась музыка. Не завораживающая и не зловещая – просто гармоничные звуки, не похожие на человеческую мелодию и всё же приятные для слуха. Словно кто-то, рождённый не на Земле, но долго живший на ней, попытался написать песенку для людей.

Помедлив всего несколько секунд, я вошёл во дворец Тэкеши-Они.

Глава 8

Озему Канэко шагал впереди процессии. Акайо шёл за ним, время от времени буравя спину старейшины Ки-Тора тяжёлым, задумчивым взглядом, в иногда вспыхивали искры недоверия. Кэндзя клана Чёрного носорога подозревал, что не просто так его сын оказался «в гостях» у хитрого, дальновидного Канэко. Когда тот приехал к нему, и он навязал Кенту в качестве наблюдателя, блюстителя интересов Куросай, это казалось хорошей идеей.

Но теперь Акайо Фурукава вполне допускал, что глава Ки-Тора явился именно за его сыном, отлично зная, что тот проходил обучение некромантии у Таро Мацуды, и что одолеть гаки способен только заклинатель мёртвых. Как Канэко предугадал, что Акайо отправит с ним именно Кенту? Ну, а кому ещё доверять, если не собственному ребёнку? Хотя с этим кэндзя Ки-Тора как раз мог бы поспорить. Фурукава подозревал расчёт конкурента, но уверен не был. И не очень-то хотел оказаться прав, ведь это означало бы, что Канэко обставил его, использовав в собственных целях. Поэтому он молчал.

Кента, который уже пришёл в себя после того, как отец поделился с ним запасом Ци, брёл за его спиной, глядя в пол. Время от времени он поглядывал на девушку, которая состояла в свите кэндзя Жёлтого тигра. Её звали Минами, и она помогала ему в первые минуты после того, как они с Канэко убили гаки. Девушка заинтересовала Кенту, потому что на ней лежал раккан – своеобразная печать, которую старейшины накладывали на проштрафившихся адептов.

Некроманту было интересно, за что и как именно её наказали.

Тоннель уводил всё дальше от убежища. Те, кто уходили последними, взорвали подвал, завалив вход в тоннель, а затем оставили маскировочные заклятия, чтобы никто никогда его не обнаружил – даже во время раскопок.

Вдруг Акайо нагнал Канэко и заговорил. В катакомбах его негромкий голос разносился далеко, и потому присутствовавшие слышали каждое слово.