Осколки Могущества

Ему бы строило привыкнуть к тому, что сиреневоглазая девушка не ведет себя так, как полагается людям. К тому же в глубине души Адри чувствовал, что она права. Нэфириэн ни разу не ослушалась его прямого приказа и всегда старалась защищать его, а это означало только одно — Адри был сам виноват в смерти Эйви. Если бы он не взял ее с собой, если бы убедил остаться в деревне, если бы не позволил Эйнгару ее похитить, она бы сейчас была жива, а он смог бы вернуться к ней с мешком, полным серебряных монет, но вместо этого постоялый двор навсегда останется без наследницы.

Адри почувствовал, как к горлу начал подниматься отвратительный ноющий комок, а глаза неприятно защипало.

— Просто оставь меня пока одного, — произнес Адри дрогнувшим голосом, и Нэфириэн немедленно исчезла, склонив голову. Вереница сиреневых вспышек осветила стены домов, и кристалл шлепнулся на землю. Адри поднял его и, подавив желание тут же отшвырнуть подальше, убрал в карман.

Вот только куда ему теперь идти? Мелинфор уже, наверняка, оповестил капитана городской стражи о том, что произошло, и его точно ищут.

Можно было попробовать где-то спрятаться, но где? Он понятия не имел, как устроены нижние кварталы. И все-таки нужно было куда-то двигаться.

Адри нехотя побрел вперед по переулку. Конечности по-прежнему ныли, а голова немного кружилась после перемещения, но хуже всего было то, что он никак не мог прогнать из головы картину лежащей на полу Эйви. Окрашенная кровью одежда, красивый, украшенный драгоценным камнем кинжал в груди, застывшее в непонимании лицо, все это выглядело так реально, будто он видел это взаправду.

Адри поднял ладонь, желая закрыться от ужасного образа, отказывавшегося покидать разум, но увидел, что и его собственная рука окрашена засохшей кровью. Кровью его подруги детства и возлюбленной.

Комок в груди разросся еще сильнее, начав давить на горло и желая вырваться наружу стоном, а в глазах помутнело от наворачивавшихся слез. Как-то раз Лойк затащил Адри на кулачные бои, когда они все вместе были на ярмарке.

Сам Адри больше ждал общих танцев, когда все желающие, и стар и млад, становились в два ряда, мужчины напротив женщин, и весело плясали под музыку, то сближаясь, то снова расходясь в стороны. Эйви больше всего любила именно эту часть ярмарки, и Адри надеялся, что в этот раз ему улыбнется удача, и в какой-то момент он окажется напротив своей подруги, а не дородной жены пекаря, как это было в прошлом году.