Осколки Могущества

Пятеро оборванцев начали разделяться, обступая его со всех сторон. Тощий мужчина, оказавшийся левее остальных, перекидывал из руки в руку нож с гадкой ухмылкой. Очевидно, он предвкушал легкую драку.

«Значит, с него и начнем», — подумал Адри, срываясь с места. Сила Нэфириэн наполнила тело, и он в мгновение подскочил к ничего не понимающему оборванцу, с силой вывернул его запястье, заставив вскрикнуть и выпустить из руки нож, после чего поймал оружие и нанес им сразу несколько быстрых ударов.

Согнувшись пополам, противник повалился на землю, а Адри резко развернулся и увидел, что здоровяк уже замахивается своей усеянной гвоздями дубиной, в то время как еще двое оборванцев приближаются к нему с обеих сторон.

Один был вооружен какой-то ржавой кочергой, а второй нес в руках кусок цепи, который раскручивал наподобие пращи.

Здоровяк обрушил дубину на Адри, но тот отпрыгнул в сторону, оказавшись лицом к лицу со вторым нападавшим. Видимо, не ожидав от своего противника такой прыти, тот на мгновение замешкался, после чего широко взмахнул кочергой.

Движение, совершенное от неожиданности, вышло неуклюжим и чересчур резким. Туловище оборванца по инерции последовало вслед за его тяжелым оружием, так что он, можно сказать, сам налетел на кинжал Адри.

Плохо заточенное лезвие вгрызлось в шею, и Адри почувствовал, как на руку, сжимавшую рукоять оружия обильно хлынула горячая кровь. Выпавшая из разжавшихся пальцев оборванца кочерга гулко стукнулась о землю, а сам он издал звук, похожий на смесь хрипа и бульканья.

Адри оттолкнул его, одновременно выдергивая из шеи поверженного врага кинжал, который покинул рану с отвратительным хлюпаньем, но прежде, чем Адри успел развернуться на встречу следующему противнику, у него перехватило дыхание.

Цепь. Один из оборванцев закинул ее Адри на шею и теперь из всех сил стягивал. К лицу начала приливать кровь, а в месте с ней в сознании появились жуткие воспоминания о том, как совсем недавно его душила Эйви. От внезапно нахлынувших мыслей дышать стало еще тяжелее, и Адри почувствовал прилив дикой паники, сопровождавшийся головокружением.

Выронив кинжал, он отчаянно пытался ухватиться за цепь рукой, но пальцы только скользили по гладкому металлу. Сквозь пелену и красноватую рябь перед глазами он увидел, как прямо перед ним появляется фигура самого крупного из оборванцев.

— Не знаю, как ты умудрился завалить Роуфа и Хилдра, — низким голосом проговорил здоровяк. — Но сейчас я снесу тебе башку.