Делирий - Печать ярости

Конечно, я не мог не понимать, откуда такая разница. Свои параметры в нашем мире по–прежнему можно прокачать только физическими тренировками. И я, так же как и все старался это сделать, старался выполнять задания тренеров. Но мое тело изначально для этого не предназначено! Я знаю техники фехтования, умею выживать в дикой природе, имею хорошие оценки по обычным школьным и ВУЗ–овским научным дисциплинам. Но как только тренировка из теоретической части переходит в практическую, все кардинально меняется. В глазах темнеет, ноги подкашиваются, а руки начинают трястись.

Эта глубокая эмоциональная травма преследует меня уже семь лет и ни одному психологу еще не удалось помочь мне с ней справиться. У меня не было положительных качеств, и в среде искателей я был неполноценным. Я был слабейшим не только на курсе, но и во всей академии. И в другом мире у меня не будет ни единого шанса, если в ближайшее время  это не изменится. Я и так уже дважды оставался на второй год. Третьего шанса мне не дадут, и придется действительно заниматься разнообразной подсобной работой, пока мои бывшие одногруппники будут покорять другие миры.  

Кто–то снова сзади ударил, но на этот раз уже по голове. От силы удара у меня потемнело в глазах.

– Поднимайся и дерись как мужик. – Говорил вставший напротив меня высокий блондин в маске зебры.

– Да он только и может, что ныть сутками, как ему тяжело! Ему в жизни не подняться против реального соперника!

– Убийство является преступлением, но если это всего лишь из жалости, то почему бы и нет? Раз уж он все равно сдохнет в первом же реальном бою.

Зачем государству тратить на такого ресурсы?

– Нет, ну серьезно, почему бы тебе не умереть уже?

Еще раз, осмотревшись вокруг, я готов был расплакаться. В голову то и дело лезли мысли о том, как несправедлива судьба в нашем мире. Почему при видимом равноправии, кто–то получает все, а кто–то ничего? Стараясь загнать эти постыдные, недостойные настоящего воина мысли в дальний угол сознания, я снова твердым взглядом посмотрел на стоящую перед собой зебру с пластиковым мечем в руках.

Поднимайся!

Поднимайся же ничтожество!

Такие призывы звучали в моей голове. Это разум, последний из моих оплотов, который еще не сдался на милость этой толпе, старался меня подбодрить и раззадорить. Напрягшись изо всех сил, я попытался подняться, но в этот момент прямо подо мной разверзлась земля, и я полетел в черноту, сопровождаемый со всех сторон презрительным смехом животных–одногруппников.