Холод, согрей

На камне размером с собачью конуру – походная алхимическая лаборатория, шеренга колб в стальном каркасе бурлит цветными жидкостями, донышко одной лижет пламя, красное внутри пузырится, хлопает, другую пронизывают лучи от кристалла, который под колбой, зеленоватый реактив в ней закручивается вихрем, третья колба окутана инеем, оттуда валит густой туман. И все это сплетено жилами трубочек в единое сердце. У подножия установки много пустых колб.

Эгорд на земле в позе лотоса, голова опущена, веки тоже, предплечья скрещены на груди, пальцы в разные стороны, как когти, вокруг них плавает сеть магии, вокруг Эгорда тоже клубок энергетических нитей.

..

Сейчас воин-маг связан со всеми стрекозами, в подземельях и на острове. Проверяет их работу, смотрит общим взглядом на всю систему пещер, следит, как матки рождают личинок.

Стрекозы показывают, что в пещеру пробирается Хафал. Путается в растениях, сыплет ругательствами...

Зеленые сети наконец выплюнули демона на открытое пространство.

– Мать бесова, опять ты!

Хафал сплюнул.

– И чего ты забыл в этой дыре?

Молчание. Злое сопение демона.

– А ты чего? – тихо произнес Эгорд сквозь кокон сосредоточения.

– Ищу пожрать. Думал, тут нора какой-нибудь твари.

Демон пошел к Эгорду.

– И я не ошибся! Только тварь пока не по зубам. Зубы об лед ломаются, р-р-р... А ты опять химичишь? Извращенец! Нет бы с бабой уединиться, а он стекляшки лапает...

Демон споткнулся о корень куста, ветки и листья которого торчат из стены, туша в хитиновых доспехах упала с грохотом.

Вскочив, Хафал с рычанием вырвал куст, помолотил им стену, как булавой на цепи, затем порвал в клочья, те разлетелись по пещере, некоторые отскочили от пленки светового купола, которым Эгорд накрыл себя и лабораторию.

Остатки корня Хафал швырнул под ноги.

– Гребаные растения! Как грязи, а толку с них... Были б из мяса, можно было б хоть пожрать...

Эгорд слушает краем сознания, как занятой отец маленького ребенка.

Распределяет потоки стрекоз по ветвям пещерной системы, как сердце распределяет кровь по сосудам. Зондирует самые глубокие, только что разведанные области подземного мира.

– Ну, это ты зря, не такие уж бесполезные, – говорит размеренно. – Куст равновесника, который ты так несправедливо уничтожил, нужен в алхимии. Например, из него выходит изумительное по вкусу и эффективности снотворное.

Хафал брезгливо стряхивает с себя сок разорванного растения.