Холод, согрей

Затем попятился, а на вершине снежного холма развернулся, побежал, исчез за снежной грядой, его уменьшенный силуэт можно различить на стене, паук спешно карабкается вверх...

– Что ты ему сказал? – спросила Велира.

– Паучьи дела людишек не касаются, – огрызнулся демон.

Тиморис устало вытирает лоб тыльной стороной ладони.

– И хвала богам.

Над их головами, тем временем, то и дело вспыхивают лучи ослепительной белизны. Леарит зависла над площадкой в облаке телекинеза, выпускает лучи один за другим в разные стороны, сжигает оставшихся ос, те пробуют увиливать, но взрываются тучками пепла.

Крылья поднесли Эгорда к Леарит, он завис рядом, любуется, а она, кружась и рассыпая свет, смотрит на него.

Оса смогла увернуться от луча, но на нее спикировала Жея. Завертелась в клубке, чуть не протаранила лед внизу, но все же рванула вверх с победным клекотом и добычей в когтях.

– Как они нас нашли? – услышал Эгорд голос Велиры, стрекозы передали его вместе с миражами ее настороженного лица, девушка смотрит сейчас на него и Леарит.

Тиморис погрузил клинки сабель в сугроб, вынул уже чистые.

– Они же маги. Еще и не такое могут.

– Ненавижу магов! – прорычал демон.

Взмах хвоста, и с жала пролились зеленые брызги. Шипение. На снегу растет язва, из нее валит дым.

Велира посмотрела на свои сабли. Те вспыхнули красным, и грязь с них исчезла, девушка неспешно сажает оружие за спину.

– Если бы не эти маги, – говорит, – нас бы уже не было...

Хафал порыкивает, косится на нее как на предательницу. Отвернулся.

Велира подходит к нему.

– И тогда ты не смог бы спасти меня от своего прожорливого соплеменника, – произнесла уже мягче.

– Никого я не спасал, – буркнул демон, как разбивший мамину вазу хулиган, смотрит куда-то, лишь бы не на Велиру.

Жужжание заставило девушку повернуть лицо в сторону снежных насыпей, к ней на полной скорости летит оса, Велира отшатнулась, жало царапнуло кончик носа, но в этот миг осу резко отдернуло.

Насекомое докувыркалось почти до вершины снежного холма, упало в снег, а по пути замоталось в белесую нить, та потащила по снегу уже кокон.

Паук в расщелине стены перебирает лапами, тянет нить на себя...

Кокон с трепыхающейся осой оказался в его жвалах, охотник развернулся, мелькнуло брюхо, исчезло во тьме окончательно.

– Давайте убираться отсюда, – сказал Тиморис.

Велира провела по носу пальцами, на них осталась кровь.

– Как будто в других местах лучше. Тут в каждой дыре по сто тварей, мечтающих набить пузо кем-то вроде нас.